История о краже. Защитник

Пост главы Санаришского сыска, который харен занимал ранее, а также все дела, которые он вёл, передаются Иезару Олшию вместе с должностным чином податия[2 - Податий – тот, кто временно стоит над данетием. Временный начальник, назначаемый, как правило, для решения каких-либо вопросов или проблем.].

Харену Ранхашу Вотому надлежит передать все дела податию Иезару Олшию и до начала первого месяца весны прибыть в Жаанидый для вступления в должность главы Жаанидыйского сыска.

Сей приказ подписан вторым днём второго зимнего месяца светлейшим и сильнейшим хайнесом Иерхаридом.

Ранхаш развернул второй лист и увидел уже знакомый почерк самого хайнеса. Лаконичная манера письма тоже ему была знакома: на пост главы Санаришского сыска его также назначал хайнес.

Уважаемый харен!

Прежний глава Жаанидыйского сыска ушёл в отставку, и в поисках подходящей кандидатуры на такой важный пост я обратил свой взор на Вас. У Вас блестящая репутация, Вы успели проявить себя, будучи главой «теней», и Ваш прадед, Шерех Вотый, чьи слова редко расходятся с действительностью, дал Вам исключительные рекомендации…

Дальше Ранхаш читать не стал.

– Поздравляю с повышением! – голос лиса вроде звучал искренне, но вот глаза…

И он, и сам Ранхаш понимали, что кое-кого отстранили от дела.

– Отлично, – харен спокойно сложил письмо и, шагнув к столу, забрал листы, скреплённые зелёным сургучом, и ещё пару конвертов.

– А ввести меня в курс дела? – весело приподнял нежно-рыжие брови лис, глядя, как Ранхаш набрасывает плащ на плечи.

– Уверен, что вы, податий, прекрасно справитесь сами.

Насмешливый голос Иезара остановил его уже у самой двери.

– Неужели тебе не хочется лично рассказать о том, что ты успел нарыть?

Ранхаш обернулся и честно признался:

– Не хочется.

И вышел за дверь, оставив смеющегося лиса в одиночестве.

– Ничуть не изменился, – с удовольствием протянул Иезар и, отбросив веселье, уже с серьёзным лицом шагнул к столу.

Глава 10. Решение барса

Виидаш старательно пытался отрешиться от деланно бодрого и весёлого голоса Мадиша, отзвуки которого, постепенно удаляясь, доносились из коридора. На душе было пакостно и гадко от самого себя.