История о краже. Лгунья. Том 1

– Это приказ Ше?реха Вотого, – холодно отрезал харен, присаживаясь.

Лекарь подмигнул обескураженному оборотню.

– Здесь всё? – уточнил харен, осматривая документы.

– Вы хотите посмотреть их сейчас? – растерялся Трибан. – Разве вы не сегодня прибыли в город?

– Сегодня. Не вижу смысла откладывать. Где здесь описание подозреваемого?

– В самом низу, – подсказал Варлай.

Три листа с описанием подозреваемого были скреплены сургучом зелёного цвета. Господин Ранхаш бегло просмотрел их и, не отрывая взгляда от написанного, уточнил:

– Амайяри?да? Что за странное имя? Какое у него значение?

– Мы не смогли выяснить его происхождение, – признался Трибан.

– Человечка… – тихо произнёс харен.

– Имя рода у неё вполне человеческое. Только Мыймы очень многочисленны, так что вычислить её прямых предков не удалось. Директор школы, где девушка училась, сказал, что она сирота.

– Санаришская магическая школа… Я не вижу, на каком отделении она училась, – голос господина Ранхаша звучал ровно, но данетий живо домыслил недовольство и даже почувствовал вину.

– Моё упущение. Она училась на боевом отделении и после окончания учёбы собиралась пополнить ряды военных магов.

– Нынешние девушки уже не так нежны, как прежде, – сокрушённо прицокнул лекарь харена.

– У боевых магов высокие требования, – заметил харен. – С каким результатом она прошла отбор?

– Директор, господин Пийш, сказал, что у неё был весьма хороший результат. Но даже если бы она была безграмотной деревенской девчонкой, он всё равно бы её взял. Уровень её магии выше среднего! И девочкой она была весьма умной и способной. Видимо, это и помогло ей уйти, – данетий помрачнел.

– Это не оправдание того, что вы её упустили, – холодно отчеканил Ранхаш.

– Я не оправдываюсь, – сквозь зубы ответил Трибан.

Харен переворошил остальные бумаги, и в воздухе повисло недовольство.

– Это всё? – уточнил он. – Копии этих отчётов я уже видел. Неужели нет ничего нового?

Самолюбие данетия в очередной раз болезненно заныло. Он проработал в сыске почти семьдесят лет и очень редко оказывался в таком унизительном положении. Увы, в этом громком деле было очень мало улик.