Хранитель Черной поляны. Ключ-камни

Он уже завял и примялся, но лепестки крошечной кувшинки сохранили свой насыщенный красный цвет. Базиль вынул растение и расправил. Стебель ровный и гибкий был в длину сантиметров тридцать. Чашечка цветка не больше фаланги большого пальца в диаметре. Но аромат от него шёл очень сильный и необычный, он напоминал прохладную чайную розу с зелёным чаем и сеном, ещё слышалась явная терпкая нота, нечто среднее между можжевельником и корневищем аира.

«Надо показать ребятам. Пусть в интернете поищут. Может и такой сорт в продаже имеется.

» – Базиль огляделся, пытаясь найти место, где можно было бы спрятать цветок. Но так ничего и не придумал.

– Ладно доберемся до дому, а там решу, что с ним делать.

Он свесил ноги за край телеги и болтал ими над дорогой. Мимо проплывали степенные сосны. Их высокие ровные стволы словно колонны поднимались вверх. В кронах прыгали и трясли шишки белки. Нет. Не белки! Базиль всмотрелся внимательней. Точно не белки. Лесавки. Озорники, получив свободу, тут же вернулись к своим привычным забавам.

Они резвились и совсем не обращали внимания на то, что их может заметить человек, едущий по дороге.

Кот обернулся на дедушку. Лесник сидел с сутулясь, погружённый в свои раздумья. Видно, и ему после встречи с Еленой Николаевной было не по себе.

Наконец дорога свернула к дому. Сосны отступили от неё, пропуская вперед березки и клёны. В подлеске разрослись кусты красной смородины. Дедушка остановил мерина. Он сорвал несколько листьев лопуха у дороги и ловко связав их прутиком соорудил небольшую корзинку.

В неё он начал собирать спелые яркие ягоды. Он выбирал самые крупные кисточки и постепенно отходил от телеги всё дальше и дальше.

Кот решил воспользоваться моментом. Он осторожно, чтобы не разбудить самого себя поднял сиденье и опустил цветок в ящик. Так же тихо вернул скамью на место и довольный собой пошел в лес следом за дедом. Ему тоже нравился вкус многих ягод. Он и огурцы любил, и картошку. Так что пока дедушка наполнял туесок Базиль наполнял с неменьшим удовольствием свой желудок.

Наконец Егор Гаврилович повернул назад. Он широко шагал, всякий раз выбирая куда поставить ногу и обходя кусты чтобы не повредить их. Несмотря ни на что дед всё ещё хмурился.

«Что же его так огорчило в Ольховке? – думал Кот, тоже выбираясь на дорогу из смородины. – Может он в магазине, что-то нехорошее узнал. Хотя нет. Да и потом вроде ничего. До встречи с директрисой он вполне довольный всем был. А вот как от дома её отъехали стал темнее тучи.