Замуж на неделю

– Что-то случилось? – мигом насторожился Риан, передав пальто дворецкому.

– Элиза то-то задумала! – взволнованно выпалила сестра. – Ей зачем-то понадобилось, чтобы я сегодня поехала с ней! Но я так и не смогла угадать, что именно она замышляла… Риан, пожалуйста, можно я хотя бы на эту неделю до твоего окончательного развода уеду в пансион?

Что-то в этой ситуации куда больше тревожил не неведомый замысел самозванки, а то, что Ливина уже который раз рвется уехать под любыми предлогами.

– Я ведь говорил, тебе совершенно нечего бояться, – но все же не показал своего беспокойства. – Ты постоянно под магической защитой. Никто просто не в силах причинить тебе никакой вред. И Элиза в том силе, – пока все же не спешил рассказывать сестре о самозванстве, сначала нужно самому все выяснить.

Ливина хоть и на миг закусила губу от досады, но возражать не стала. И как раз в этот момент входные двери снова открылись.

Первым делом появился кучер. Точнее массивный новенький сундук, который кучер тащил кряхтя.

– Я смотрю, ты планируешь превратить мой дом в склад сундуков? – сухо поинтересовался Риан.

– Это всего лишь пятнадцатый, – она хоть и мило улыбнулась, но эта улыбка была, скорее, проявлением снисходительного превосходства, чем желанием смягчить ситуацию. – Что уж поделать, люблю нечетные числа.

Беспомощно посмотрев на господина, дворецкий с робкой надеждой на отказ спросил:

– Прикажете отнести в комнату госпожи?

Хотелось приказать выкинуть в сугроб.

Но все же не спешил соглашаться сразу.

– И что там? – как бы между прочим поинтересовался он и вроде без какого-либо явного намека, но Лиза все равно уловила скрытый вызов.

Ее улыбка стала еще лучезарнее.

– Всего лишь пара новых платьев, и так, разное, по мелочи. Должна же я на сегодняшнем приеме традиционно сиять и ослеплять всех и каждого.

– Риан, у тебя глаз задергался, – обеспокоенно прошептала стоящая рядом Ливина.

– Это мои глаза уже предвкушают очередное «сияние и ослепление», – мрачно прошептал он в ответ. Да только Лиза все равно ведь все слышала. И как ни странно, казалось, едва сдерживает смех.