Проклятье в подарок

– В любом случае, Амелисандра, в дальнейшем воздержитесь от посещения с моей сестрой подобных мест. И, кстати, насчет сопровождения. Вы же наверняка знаете, что завтра открытие традиционного новогоднего сезона. Вовсю идет подготовка к грандиозному балу. И, естественно, вы будете Мильту сопровождать от и до.

Я открыла рот и тут же закрыла, аж, боюсь, зубы клацнули. Нет, ну а как теперь мне быть?! Я – послушница должна все время быть там с принцессой и при это я-я должна как-то добраться до этого сидящего сейчас напротив меня бабника, чтобы забрать кулон! И Эмер никак не должен догадаться, что послушница и настоящая я – один человек!

– При всем моем уважении к вам, Ваше Высочество, но мое воспитание претит мне посещать подобные увеселительные мероприятия.

– Так вы там будете и не для того, чтобы веселиться, – Эмер и бровью не повел. – Вы будете сопровождать Мильту и следить, чтобы она никаких глупостей не наделала. Увы, она вполне способна устроить публичный компрометирующий ее скандал, такие попытки уже были, поверьте.

– Напрасно вы так думаете о своей сестре. Она вполне способна быть здравомыслящей и…

Но Эмер перебил:

– Амелисандра, я вас позвал не для того, чтобы вы обсуждали мои приказы, – вроде и произнес без наезда, но прямо не по себе стало. Словно я та самая Моська, которая посмела не то, что гавкнуть, а просто косо посмотреть на слона. – Я отдал вам конкретное распоряжение, и либо вы его выполняете, либо покидаете дворец. Вопросы?

Где мой кулон, зараза тиранистая?!

– Вопросов нет, – мрачно парировала я.

– Идите, – махнул рукой. Но едва я встала с кресла, чуть поморщился: – Только уж будьте любезны завтра на бал надеть что-то…что-то менее заунывное.

– Я оскорбляю ваше чувство прекрасного? – ну вот просто не сдержалась!

– Я просто не хочу, чтобы завтра о вас злословили. Поверьте, высший свет – это в большинстве своем сборище не самых дружелюбных друг к другу людей. А уж дамы будут только рады пообсуждать чужие недостатки, особенно касательно внешности.

– Есть.

– И какой же?

– Точно такой же, как этот. Только с черным траурным воротничком. В монастырях, знаете ли, свои представления о безудержном веселье.

Я могла поклясться, что Эмер слету раскусил и сарказм, и подтекст, и сейчас в полном праве выгнать меня взашей вместе с моей язвительностью.

Но он лишь усмехнулся.