Факультет уникальной магии

Последние лет пятьдесят я служу смотрителем зала Притяжений. И за все годы моей службы сработал он впервые… Я уже вообще считал, что, видимо, нарушилось там что. Вроде как раньше такие… эмм… явления чаще были. По крайней мере, по словам моего наставника. А тут столько лет – и ничего. Мы уже там который год собрания любителей народной песни проводим, звучание там больно хорошее. И сегодня вот собирались, а тут ты. Тебя как зовут-то?

– Кира. Вы можете мне толком пояснить, где я оказалась? – Что-то я от его слов запуталась еще больше.

Старец снова озадаченно почесал седой затылок. Видимо, с формулировкой объяснений у него было туго.

– Тут такое дело, – все с той же растерянностью произнес он, – наш мир не такой, как другие. По самой своей природе не такой. У нас есть магия, а в других мирах нет. Но там ее и не должно быть. И если вдруг кто-то своим присутствием там это непреложное правило бытия нарушает, такого человека притягивает сюда. Грубо говоря, родной мир от него избавляется и отправляет туда, где магии самое место.

У меня невольно вырвался нервный смешок.

– Погодите, вы хотите сказать, что мой мир вроде как выпнул меня сюда из-за невесть откуда взявшейся магии, которая чего-то там в его понятиях правильного бытия нарушает?

– Магия не берется невесть откуда, – назидательно возразил Алитерасу, – она всегда с рождения.

– И что же тогда все девятнадцать лет жизни я благополучно была там, а только сейчас здесь оказалась? – скептически поинтересовалась я.

– Полагаю, магия достигла своего пика.

– Ну хорошо, все это чудно, любопытно и весьма познавательно, но мне бы домой надо.

– Так а обратно теперь никак. – Алитерасу развел руками. – Переход односторонний. Но ты не переживай, – спешно продолжил он, – раз ты здесь оказалась, тут тебе самое место. Уже один тот факт, что ты изъясняешься на нашем языке, говорит о наличии магических способностей. А магия в нашем мире определяет все. Чем одареннее маг, тем большего он может в жизни добиться.

– Допустим, все это правда, – я по-прежнему верила в происходящее с трудом, – но дальше-то мне что делать?

– Этого я тоже уже не помню. – Старик виновато улыбнулся.

В комнату вбежала чуть запыхавшаяся Дотти.

– Вот, привела!

Вслед за ней чинно вошел сухопарый пожилой мужчина в черных сюртуке и брюках. Бесстрастное выражение его лица красноречиво демонстрировало абсолютное равнодушие к происходящему.