Двойники ветра

 – Андрей вздохнул и с безграничным терпением в голосе добавил: – У меня к тебе просьба. Я хочу съездить на набережную, прогуляться.

– А я тут при чем?

– А ты вполне могла бы составить мне компанию. И если уж я так сильно тебя раздражаю, – он хмыкнул, – то даже готов молчать.

– Погоди, а у тебя разве не встреча сейчас с очередной девицей? – растерялась я. – Ты же не просто так в этот парк явился.

– Считай, случайно мимо проходил. Так как?

– А ты, правда, будешь молчать?

– Правда. – Он засмеялся.

 – И, само собой, с меня обещанная двойная порция шоколадного пломбира.

– Договорились, – мое настроение резко ползло вверх. Ну и пусть Деккер не входил в число тех, с кем бы я хотела общаться. Но то умиротворенное чувство безопасности, которое он пробуждал, было сейчас необходимо мне как воздух.

После нарастающей жары июньского утра прохлада в салоне автомобиля действовала расслабляюще и даже сонно. Андрей, как и обещал, молчал, я, само собой, тоже. И без того убойная смесь прохлады и тишины усиливалась чувством безопасности – и я разомлела настолько, что глаза закрылись сами собой.

Казалось бы, только на минуточку…

А во сне я разговаривала с талисманом воздуха. Точнее, с серым завихрением смутно напоминающим ураган, но я почему-то была уверена, что это артефакт и есть.

– Почему же ты позволил Вадиму забрать мой талисман?! – Я ревела навзрыд. – Ты же защищал меня раньше, так почему теперь не защитил?!

Ветер продолжал монотонно завывать, сворачивая в одной воронке и землю, и небо.

Мои стенания его явно не трогали. И только откуда-то далеко-далеко будто бы из барахлящего радиоприемника доносилась песня:

О тебе узнал я во вчерашнем странном сне.

Все, что я увидел, будет вечно жить во мне.

Если ты захочешь обо всем мне рассказать,

Ветер знает, где меня искать…

Первое, что я увидела, открыв глаза, была наглая кошачья физиономия. Здоровенный серый котяра развалился прямо на подушке и явно намеревался вытеснить меня. Его недовольный взгляд буквально говорил, мол, я пушистый и породистый, а ты ни то, и ни другое.

В общем, предо мной расположился «царь, просто царь». Я спросонья крепко задумалась, пытаясь вспомнить, как же называют тех котов, которые будто бы бежали-бежали и вдруг – бац! – и со всей дури в чугунную сковородку физиономией впечатались.

– Перс, – пробормотала я. – Точно. Персидский кот.

Вновь закрыла глаза и перевернулась на другой бок, намереваясь спать дальше.