Император поневоле

Снейк, надо отдать ему должное, смог расшифровать ранее неизвестное никому продолжение легенды и определить местонахождение перстня с собственным именем «Орлиный глаз».

– В упорстве ему не откажешь. Потратить двадцать пять лет своей жизни на обоснование и расшифровку неполного текста, это надо суметь! – с черной завистью вслух проговорил Фармер. – Я же имел полный текст с описанием ключа, но так и не смог даже приблизиться к разгадке нахождения «Глаза». Как же досадно!! – Поднявшись с кресла, мужчина нервно обошел свой кабинет и, остановившись у карты звездного неба, шепотом проговорил: – Найдись «Орлиный глаз» и сколько проблем с плеч свалится! Это будет поистине гениальный выход из сложнейшей политической обстановки.

Вернувшись обратно в кресло, Фармер утомленно протер ладонями лицо и решительно нажал кнопку вызова. Спустя несколько мгновений входная дверь открылась и в образовавшуюся щель просунулась голова начальника службы безопасности. Он басовитым голосом поинтересовался:

– Вы меня вызывали, шеф?

– Проходи и присаживайся, Корнелиус.

Стройный и подтянутый мужчина сорока лет, со спокойным и уверенным лицом, прошел в глубь кабинета и устроился в кожаном кресле напротив своего шефа. Глядя в слегка изможденное лицо Фармера, он поинтересовался:

– Какие будут распоряжения?

– Как идут дела у нашего профессора, случаем не знаешь?

– Знаю. Мне отчитываются о ходе работ на том болоте каждые четыре часа. Практически все болото пройдено и просеяно на глубину в двадцать два метра.

– Оно там, иначе профессор не пошел бы на столь кабальные условия сделки. Он для этого слишком благоразумен и щепетилен в вопросах чести.

– Возможно. Правда, меня беспокоит не он, а его молодой ассистент с именем Константин. Слишком он любопытен и сует свой длинный нос везде, куда только можно. Это крайне подозрительно и наводит на определенные мысли, – высказав свое мнение, Корнелиус, неопределенно покрутив головой, добавил: – К счастью, Снейку и его ассистенту так и не стало известно обо всех находках, сделанных экспедицией, а это более тысячи различных антикварных и несколько раритетных предметов.

– Даже так… Это крайне интересно, – широко ухмыльнувшись, протянул глава Сената.