Ключ от твоего мира

Внутри то шипело и клокотало, обдавая язычками жгущего пламени, то омывало холодом, вызывая дрожь.

– Пойдем-ка внутрь, – скомандовала Сайна и, покрепче ухватив меня под руку, толкнула дверь.

– Аделина? Что с тобой?! – воскликнула Аиша. – Где Борг?

– Убежал куда-то. Я тоже ничего не поняла, – сказала Сайна.

Я набрала побольше воздуха в легкие и выдохнула:

– Мы шли. А потом… Девушка. Сшей. И слизни, кругом слизни…

– Девушка? – переспросила Аиша.

– Мертвая. На снегу.

– Нет… – прошептала Аиша. Я знала, что, даже не общаясь между собой, все сшеи очень держатся друг за друга.

– Ключница, – ответил влетевший в комнату Борг. – Одна из трех ключников-сшеев на всем отделении!

– Это большая редкость – сшей-ключник, – тихо сказала Аиша.

– И глупость, – добавила Сайна.

– Почему? – спросила я, заметив гневный взгляд Аиши, брошенный на Сайну.

– Ничего такого, – растерялась фейнка. – Просто использовать этот дар сшею куда сложнее. Представь себе такого посланника в Энланте или даже Энфейне.

– Ну, логика в этом есть, – не смогла не согласиться я.

Аиша нахмурилась.

– Я должна быть там. Проводить ее дух в родной мир, – сказала она и ушла.

А я, кажется, потратила последние крохи самообладания на этот диалог. Внутри опять забушевало, а тело покрылось странной, обжигающей испариной.

– От тебя пар идет, – сказала Сайна, с интересом глядя на меня.

– Приму душ, – буркнула я и скрылась в ванной.

Облегчение теплая вода принесла, но ненадолго. Всю ночь меня бросало то в жар, то в холод, и нормально спать попросту не получалось.

Я села по-турецки, закрыла глаза, покрутила головой из стороны в сторону, расслабив плечи и шею, и… Такого раздрая внутри я еще ни разу не ощущала. С силой творилось нечто невообразимое. Мимолетный испуг – и во мне закружился настоящий вихрь. Искры, капли и снежинки, всполохи и язычки непонятно откуда взявшегося пламени – все смешалось и завертелось, ища выход.

Я задышала часто-часто и открыла глаза. Похоже, своим вторжением я нарушила то шаткое равновесие, которое каким-то чудом до сих пор пребывало внутри. Ладони, ступни и плечи горели, а вдоль позвоночника пробегал мороз.

– Могу я выйти? – едва слышно прохрипела я.

– Аделин, что случилось? – откликнулся тан Лиран и посмотрел на меня с тревогой.

– Не могу… – ответила я и закашлялась. Легкие тут же «зажгло», а во рту совсем пересохло.