Королевна

Леди Плэмери была напугана и взволнована, но быстро поняла: она и вправду всё сделает. Даже сейчас женщина оставила попытки отбиться от наглого похотливого ведуна и позволила ему обнажить себя. Внезапное, необъяснимое желание разлилось по телу, добавляя мелкую дрожь. В голове вспыхнула ужасающая дикая мысль: она тоже хотела его. Близости с крепким, здоровым мужчиной у неё не случалось с тех пор, как супругу стукнуло шестьдесят лет, и он как-то сразу заметно «сдал» по мужской части.

Чародей жаждал полностью овладеть ситуацией, особенно сейчас, в эту самую минуту, он получал сразу два удовольствия: пышную, страшно соскучившуюся по ласке «покорную» женщину и извращённую месть.

Он ведь сразу понял, что за девушка скрывалась там, за куполом, и чувство приближающегося возмездия насыщало и злило колдуна одновременно. Ведун представлял, что этот «сынок» делал сейчас с его женой, в меру своих фантазий и помыслов. За долю секунды, до обессиленного обморока, Тонкс придумал план. И истинную цель этого плана не следовало знать матери молодого дурня.

Удовлетворив страсть прямо здесь, на полу мрачной комнаты, леди Плэмери безумно смутилась своей наготы и будто протрезвела. Она вскрикнула, вскочила и поскорее оделась. Тонкс не спешил, его довольное лицо растянулось в ухмылке.

– Не жалей, душенька, о содеянном – это было неизбежно.

Женщина пробормотала:

– Это… это случайность, не подумайте, что я…

– Потаскуха? Нет, как можно! Вы милейшее создание, попавшее в руки мерзавца. Так вы думаете, я полагаю?

– Не такой уж вы и мерзавец, – тихо пробормотала гостья, будто сама верила с трудом в эти слова.

 – Но никто не должен узнать, прошу, умоляю вас, ни одна душа, – в глазах леди Плэмери промелькнуло отчаяние.

– Конечно, – кивнул Тонкс, – иначе эта связь запятнает вашу чистейшую репутацию. А жаль. Так хотелось разболтать всем белкам и зайцам в округе.

Колдун говорил с ядовитым сарказмом, издевался, заставляя гостью чувствовать себя «грязной» с головы до ног. Леди Плэмери едва находила в себе силы и гордость выслушивать подобные рассуждения и находиться в доме этого человека.

– Так что с моим сыном?

– А вот это, голубушка, наша с тобой печаль: ты оказалась права, магия тут замешана, и, причём, тёмная. Сильная, смертельная.

Сердце учащённо забилось в груди леди Плэмери с новой тревогой.

– Что теперь делать? Это проклятье? Что это значит?

– Видать, связался сыночек с ведьмой. Тёмной. Она его заколдовала, дрянь. Надо действовать быстро.