Обычный художник

Не часто такие люди протягивали ему руку. Да и вообще ему раньше никто ничего не протягивал, разве, что оплеуху отвесить.

– Александр Сергеевич, простите, – я выхожу из оцепенения, когда директор озадаченно опускает руку, – его зовут Ваня. Он плохо слышит. – Мама, которую я на секунду выпускаю из вида, доползает до моей лодыжки и крепко в нее впивается ногтями. Я ахаю и, качнувшись, заваливаюсь назад, но не падаю, потому что Александр Сергеевич вовремя удерживает меня. Мама переворачивается на спину, распластавшись между нами, и наконец замечает, что мы не одни.

Едко щурится, разглядывая моего начальника, расплывается в улыбке и мурлычет, облизав пересохшие губы:

– Вы уж простите, что я в таком непотребном виде. – Александр Сергеевич озадаченно смотрит на маму. – И я бы не хотела потревожить Вас, но мне очень нужны деньги, – и она поспешно добавляет, как само собой разумеющееся, – я все верну. – Я озадаченно мотаю головой, не ожидая от мамы такой наглости.

– Мама, успокойся, пожалуйста, я дам тебе денег.

 – И наклоняюсь. – Вставай. – Александр Сергеевич обходит меня, помогает маме подняться и, открыв заднюю дверь, предлагает отвезти нас домой. Я пробую его отговорить (кожаные сидения его новенького автомобиля не предназначены для перевозки настоль «ценных грузов»), но он настаивает. Только зачем?

Вместе мы усадили маму на заднее сидение, что оказалось не самой легкой задачей. Хотя она и всячески старалась облегчить наши старания. Рядом с ней сели и мы с Ваней. Я назвала Александру Сергеевичу адрес и молилась, чтобы дома не оказалось ни одного из маминых ухажеров.

Остановившись у подъезда, я оставила их одних, забежав за бутылкой, и через мгновение мы под руки вели маму домой.

Дома было пусто.

Оставив ей бутылку (иначе она снова бы пошла гулять по городу), я закрыла дверь на ключ. Но зная маму, все запреты и засовы только в нашей голове. А жили мы на первом этаже.

Вернувшись к машине, я поблагодарила начальника и, взяв Ваню за руку, собралась идти в другую сторону.

– Анна, – остановил меня Александр Сергеевич, – Вы куда? – Я кивнула на осмелевшего Ваню, который уже не прятался за моей спиной.

– Мне нужно отвести его в сад.

– Так садитесь, я отвезу. – Мне хотелось провалиться сквозь землю. Моя тайна на работе никому не была известна, а теперь получается, что узнают все. Неужели придется увольняться? Я выдохнула и покачала головой:

– Спасибо, здесь недалеко. Вы, итак, много для нас сегодня сделали.