Бывшая любовь

– Вы будете бегать каждый день? Или через?

Я вообще не знала, буду ли еще позориться. Но глядя в его карие глаза (да, теперь, когда солнце освещало их, я точно увидела оттенок), я просто не могла ответить иначе.

– Каждый.

– Тогда завтра в семь?

– Тогда завтра в семь.

Он бросил на меня прощальный взгляд, улыбка едва коснулась его губ, и вот он уже стоит на светофоре и ждет зеленый, чтобы перейти дорогу.

А задница и правда ничего.

Боже мой! Если бы я могла, то дала бы сама себе сейчас оплеуху.

Развернувшись, я бросилась к дому. Остаток пути я преодолела без музыки и постороннего шума. Мозг был пуст.

На подходе к подъезду раздался звонок. Настена, видимо, проснулась. Я вытащила телефон из кармана и замерла в нерешительности. На экране высветилось другое имя.

– Привет, – бодрый голос Дениса отрезвлял еще лучше, чем кофе, – не разбудил?

– Нет, – беззаботно пролепетала я, будто мгновение назад не раздумывала: брать трубку или нет. – Я уже час как бегаю.

– Ты стала бегать? – в его вопросе не было ни капли насмешки.

И я вдруг вспомнила, сколько раз он предлагал мне до работы пробежаться. И сколько отмазок я придумала, чтобы поваляться в постели подольше.

– Да, решила начать с бега. Как карантин снимут, запишусь на фитнес.

Он молчал.

– Ты что-то хотел? – не выдержала я.

– Да, нам надо встретиться.

Глава 5

Поднявшись на пятый этаж по лестнице (а как иначе, я же теперь на спорте), я еще с порога почувствовала запах яичницы. С надеждой потягивая воздух, я открыла дверь и широко улыбнулась.

Миша выглянул с кухни.

– Набегалась? Ты долго. Я тебя еще полчаса назад ждал.

Я хмыкнула.

– Совсем не веришь в мать, да? А что там так вкусно пахнет?

Миша по-хозяйски накрывал на стол.

– Руки мой. Я уже накладываю.

Упрашивать меня дважды не пришлось. Я жадно уплетала приготовленный сыном завтрак и думала над словами мужа. «Нам надо встретиться.» Он не сказал, подписал ли бумагу, или, наоборот, не стал.

Миша верещал не переставая. Его радостные возгласы сменялись грозными выкриками, но я почти не слушала. Он всегда так эмоционально выражался, когда кто-то имел неосторожность подбить его автомобиль в гонке. Об учебе он обычно говорил сдержаннее.

– Папа зовет нас в гости, – прервала я его тираду.

Миша мгновенно замолчал, гневно глядя на меня.