Ника, Эрн и волшебное зеркало

 – Ну, ты готова примерить самое лучшее платье в мире?

– Вы говорили так о предыдущем наряде, лари, – лукаво улыбнулась Моника, хваля падкую на лесть модистку.

– Каждое моё творение лучше предыдущего, будь уверена – лучше этого платья ты ещё не видела! – лари Понцелер шутливо погрозила Монике веером, повернулась к вошедшей помощнице и всплеснула руками. – Одетта, немедленно убери шоколад, гадкая девчонка! Зачем ты его принесла сюда? Здесь же лоналийские шелка и форандийский бархат!

Прогнав покрасневшую помощницу из мастерской, Ания Понцелер жестом фокусника торжественно сдёрнула чехол с манекена и повернулась к Монике.

Девушка застыла с открытым ртом, взирая на платье со смесью восторга и ужаса: таких смелых нарядов в её гардеробе ещё не бывало.

Верхняя юбка спереди была длиной всего лишь на ладонь ниже колен, спускаясь сзади изящными складками и расширяясь веером вокруг лодыжек. Выглядывающее из-под неё рилантийское кружево казалось воздушным и невесомым и совершенно не скрадывало длину, граничащую с непристойностью даже больше, чем модные в столице женские брюки.

Верх бального платья на контрасте с юбкой казался благоразумным и строгим из-за квадратного выреза, отделанного вышивкой и кружевными рюшами. Рукава едва достигали середины предплечья, расширяясь так же, как юбка, к запястьям. Моника благоговейно коснулась пальцами белоснежного кружева, лежащего на изысканно-синем шёлке словно пена на морской глади. Будь Ника блондинкой, как большинство высокородных модниц, осветляющих локоны едкими красителями, она бы затерялась на фоне платья, но доставшиеся от мамы жгучие чёрные волосы в сочетании с белоснежной кожей такое платье лишь подчеркнёт.

Моника перевела взгляд на лари Понцелер и бросилась обнимать необъятное тело модистки, обтянутое бархатом. В такие моменты девушка сильнее обычного сожалела о том, что сама она не владеет магией и не может создавать нечто подобное – прекрасное и необыкновенное.

Ника провела в салоне два часа, слушая причитания модистки и наслаждаясь любимым делом каждой модницы – примеряя красивое платье, разглядывая отрезы дорогих тканей и наслаждаясь горячим шоколадом, который помощнице снова пришлось готовить.

Когда-то Моника могла позволить себе менять наряды каждый сезон, но сейчас только изредка баловала себя новыми платьями и костюмами – зарплата помощницы Эрнарда Виано была невысока. Лари Понцелер стала для девушки спасителем и одновременно искусителем.