Ника, Эрн и волшебное зеркало

 – Я рос в тени великолепного тебя, только и слышал, какой Арнан умница, какой Арнан хороший боевой маг! Арнан то, Арнан это! Оставаться под твоим присмотром я тем более не согласен!

– А придётся, – жёстко заявил миор уполномоченный, сжав губы. – Как только я разберусь с той кашей, которую ты заварил, как миленький вернёшься домой под родительские очи. Ты хоть подумал о матери? Она себе места не находит!

– Я останусь здесь! – Эрн с шумом плюхнулся на стул и резко поправил сбившийся рукав блузки.

– Кстати об этом, – Арнан выудил из кармана бумагу, аккуратно расправил её и нарочито скучающим голосом прочитал. – Миор Эрнард Виано должен прибыть на торжество, посвящённое свадьбе военного советника короля Динстона Гордиана не позднее чем через четыре недели.

– Но я же… почему? – на Эрнарде лица не было, настолько он побледнел. – Как я мог попасть в область интересов этого… этого весьма уважаемого и… безусловно очень опасного… – он никак не мог подобрать нужные слова – советника короля боялись все, от слабого лекаря до сильнейшего боевика – он мог одним взглядом заставить признаться даже в том, в каком возрасте ты научился говорить и ходить.

– Сам не пойму. Как боевик ты не слишком силён, в убийство это и контрабанду запрещённых артефактов влез по чистой случайности, – Арнан и сам задумывался над причиной такого внимания Динстона Гордиана, но не мог найти объяснений.

Мужчина вдруг бросил взгляд на замеревшую и побледневшую Монику, прищурился и задумался на несколько минут. Красивая, уверенная в себе, с хорошей осанкой и ухоженной кожей. Чёрные прямые волосы, уложенные в тугой узел на затылке, нежные губы, блестящие от розовой помады, золотисто-карие глаза и определённо аристократический овал лица.

Нет, не может она быть родственницей самого советника короля – Динстон Гордиан ни за что на свете не отпустил бы такое хрупкое создание в этот забытый богами городишко на границе с Рилантией.

– А скажите-ка мне, ларина Гордиан, что вам известно о Рилантии? – приступил он к допросу, наконец взяв себя в руки и нацепив на лицо самое строгое выражение.