Два с половиной человека

Восемнадцатилетняя наследница многомиллионного состояния своих родителей и почившего ныне супруга. Усмехаюсь. Теперь у нее нет почти ничего. Огонь уничтожил все документы, векселя, наличку, поглотил ее цацки, меха и шелка, счета заморожены до выяснения обстоятельств дела.

– Вы меня слышите?

Она подается вперед и касается моего плеча. Ее тонкая рука посылает нервный импульс, проходящий по всему моему телу, и я резко торможу.

– Выметайся, – говорю ей. – Проваливай!

– Зачем? – испуганно переспрашивает она.

– Затем, что дальше ты идешь одна.

– Вы не можете бросить меня здесь, – возражает она. – Это небезопасно.

– С чего ты решила, что со мной безопасно? – усмехаюсь я.

– Вы совсем не похожи на тех бандитов. – Она качает головой. – Я вам заплачу.

Я закатываю глаза на ее предложение. Понятно, она в шоке. Пока не осознает, что именно сегодня произошло.

– У меня есть… вот… – Она быстро стаскивает с пальца кольца – плоское обручальное и помолвочное с огромным камнем. – Это «Шопар».

Я смеюсь. Практически до слез. Эта девица забавна. По всему городу ее ищут за убийство мужа, а она меняет кольца на свою жизнь.

– Слишком приметные штучки, – протягиваю я, отсмеявшись. – Поди и паспорт есть?

– Конечно, дома… – Она меняется в лице. – Черт!

– Без документов эти цацки не продашь, – ухмыляюсь ей. – Точнее, продашь. В десять раз ниже стоимости. В лучшем случае.

– Миллион – это тоже хорошая сумма, – шепчет девушка.

– А если я потребую не денег? – смотрю на нее оценивающе. – Будешь обслуживать меня в постели? Качественно и без закидонов? Ноги раздвигать по первому требованию и глотку подставлять?

Ее глаза пылают гневом, но она удерживается от резких высказываний.

– Если придется, – отвечает почти смиренно. – Я не в том положении, чтобы кочевряжиться. Если это ваша цена, что ж… Стерплю. Лучше вы, чем неизвестность.

Бросаю заинтересованный взгляд на девицу. Она говорит настолько убедительно, что я начинаю сомневаться. Видя ее – такую хрупкую и беспомощную, совсем как в нашу первую встречу, – я не хочу верить упрямым фактам. Раздосадованно стучу по рулю. Потому что знаю, что теперь не смогу просто выставить ее из тачки. Пока не разберусь, что происходит.