Я однажды приду… Часть IV

Кто знает, какие тайны хранит память Амира-человека, какой личный опыт у Амира – мужчины, ведь если рассуждать, например, по опыту Олега, то доверять женщинам нельзя, они всегда могут изменить свой выбор. А так как с ревностью у Глеба всегда было очень просто и ясно – все, кто мужского рода подозрительны, то Амиру не пришлось сильно стараться. И опять Глеб нашёл самый простой способ, дал мне возможность самой услышать, откуда повод ревновать проявился, мол, не сам придумал. Правда сразу предупредил, что подводную лодку уже готовит, не очень обращая внимания на мой якобы свободный выбор.

– А ты для меня всегда лучший, всегда-всегда. Я люблю тебя и буду любить только тебя.

Глеб поцеловал меня и прошептал:

– Прости меня.

Он всё помнит, вспоминает мои ужасы каждый раз и страдает, сам не даёт себе возможности простить себя. Я смотрела в эту темноту и думала лишь о том, что никогда не прощу Амиру этих глаз, заполненных тёмной болью.

– Никогда. Ты так долго не говорил, какая я красивая, я из-за этого мучилась, переживала, даже худела.

Глеб сначала превратился в статую после моих первых слов, потом в глазах стали проявляться синие всполохи, он улыбнулся и страстно поцеловал меня.

– Конечно, теперь целуешься, а раньше слова не скажет, посмотрит мрачно и исчезнет. Знаешь, как тяжело было, я тебе уже сто раз в любви призналась, а ты никак, ну никак, уже и так я к тебе и сяк, а ты сразу исчезать.

Глеб расхохотался, сверкнул синевой глаз, закрыл мне рот ладонью и стал описывать различные части тела, и, конечно, начал с моих изумительных ножек. Продолжалось действо недолго, сил не хватило просто ограничиться перечислением моих красот, руки затребовали участия, быстро глазами наелся.

Мы возвращались уже почти ночью. Глеб предложил остаться ночевать здесь, но телефон уже звонил несколько раз, и я заметила, что его взгляд сразу менялся, значит, едем домой.

Глеб принёс меня в комнату, поцеловал и сразу ушёл, сказал лишь:

– Отдыхай.

Не было его и утром. Я искупалась в бассейне с розами – васильки, видимо, реже встречаются в Италии, чем розы – и пошла завтракать. В столовой сидел Олег и грозно с кем-то говорил по телефону, я никогда не слышала такого тона, ну кроме того случая, когда он рассердился на меня за булку в тесте.