Я однажды приду… Часть III

– А как к тебе попал Вердо?

Глеб усмехнулся, и ответил Олег.

– Это я его привёл.

Если Олег, то это всё, что смогу узнать о садовнике и я сразу сникла. Но Олег сегодня оказался словоохотливым, видимо сказалось то, что я появилась уже почти здоровая. Он продолжил:

– Вердо специалист по очень специфическим боевым искусствам. Работал с нашими давно: наёмники, заказы… разные, посредник между некоторыми кланами и людьми.

Вот это да, интересный садовник, да ещё и пекарь, фиалки как-то не очень вписываются в образ.

– Одно из нападений на нас организовал он.

Нападений? И указала пальцем на себя – из-за меня?

– Да.

Чем дальше, тем интереснее. Значит, сегодня он увидел ту девицу, которую не смог похитить, поэтому и удивлялся так сильно, поэтому и Глеб сомневался – знакомить ли нас. Но почему он решил его принять к себе, явно под бдительным надзором боевиков, но ведь допустил, а может спас? Но не успела задать вопрос, Олег понял и сразу ответил:

– Некоторым генералам, людям, он стал мешать – слишком много знает, его много раз пытались убить, но он умудрялся даже от наемников уходить, специалист.

И когда успел: то меня спасал, то Аароном занимался, то в Париж и Норвегию ездил с нами. Только открыла рот задать следующий вопрос, как Олег и на него ответил:

– Его отец был садовником какого-то герцога, вот он в детстве и научился, пока навсегда в армию не ушёл.

Нет, такой хлеб ради выживания не пекут – это уже душа, божий дар. Да и ветчину такую без души не приготовить. Хотя, если выживание, то травы точно знает, какая травка жизнь спасти может это он знать должен. Виктор тоже решил сказать своё веское слово для моего успокоения:

– Катя, мои мальчики за ним смотрят, хорошо смотрят, от них он точно не уйдёт.

– Я его не боюсь. Такой хлеб не причинит мне никакого зла.

Глеб даже глаза поднял к потолку и вздохнул, моей наивности нет пределов. А Олег только улыбнулся, привёл, конечно, спас от людей, даже Глеб под своё крыло взял, но посмотреть в сторону не дадут. Неожиданно подал голос Андрей, тихонько сидевший в уголке на пуфике:

– Я установил камеры слежения, реагирующие только на его передвижения. Если он пересечёт установленную границу, они сработают.