Я однажды приду… Часть II

Иди и молчи, слово услышу, скажу твоему мужу, что к Глебу приставала, и ты уже никогда из своего дворца дальше лестницы не выйдешь.

Надин гордо вскинула голову и ушла. Лиза рассмеялась:

– Твой муж пользуется большой популярностью в Париже, что поделаешь, красавец, терпи. За его глаза не одно личико поцарапали.

– Надин сказала, что Глеб уже ходил по этой лестнице.

– Не ревнуй, это было давно, я сама его попросила одну девочку вывести в люди, он и согласился, чтобы эти клуши отстали. Хорошая была девочка.

Она неожиданно загрустила, я открыла рот спросить, что случилось с девочкой, но Лиза сама объяснила:

– Сергей не сдержался, обещал отказаться, даже выпустили его уже, думали смог.

Мой средний сын.

Я обмерла, он не сдержался и убил девушку. Лиза внимательно на меня смотрела, даже рассматривала.

– Я никак не могу понять, как Глеб держался тогда, да и сейчас держится. Он даже поцеловать тебя может. Да он всегда странный был… хотя своё взял. Ты смотри, помни об этом всегда. Нравишься ты мне, ты тоже другая, на обычных людей непохожа, сила в тебе, ты сама её не понимаешь.

Поэтому и выжила.

Она тяжело вздохнула и сделала какой-то знак рукой подходящему к нам распорядителю бала, он кивнул и ушёл. Пары кружились в танце, Олег стоял у стены и смотрел на меня странным взглядом, он слышал весь разговор. Да и другие, наверное, тоже. Пусть слушают, тайн меньше будет, пусть думают, что я такая уникальная для Глеба, только для него. Олег улыбнулся и кивнул мне, значит, согласен. Оглянувшись вокруг, я не увидела Глеба, куда он мог уйти без меня?

– А Глеб ушёл?

– Они в комнате с глушителем разговаривают, всем интересно как Аарон, это важное дело.

Кто знает, ещё и как сам Глеб решит жить, он теперь силён и кланы у него стали такие, что его в друзьях надо иметь. Ты не думай ничего, он тебя как солнце и луну охраняет, Олег вон глаз не спускает с тебя. Как ты только с ними со всеми умудряешься существовать? У меня люди долго не держатся, уходят всё, боятся.

Она опять тяжело вздохнула и погладила меня по руке.

– Ты смогла его к себе привязать собой, характером своим. Он ведь и Сару берёг, Самуил рассказывал, но она никакая была, как тень. А ты можешь держать удар, борешься. Я слышала, как он предложил на руках нести, а ты дрожишь вся, но пошла сама, молодец. А как ты Аарона проняла, это уже совсем тайна, этот совсем дубовый, он только силу всегда и понимал, что-то ты ему такое сделала, одна пощёчина чего стоит, да ещё и не за себя.