Амир. Часть IV

– Я видел твои мысли… ты обвиняла себя в том, что…

– Роберт, это я повела себя с Амиром неправильно, соответственно… а ты откуда мои мысли знаешь?

– Я всё это время был в доме.

Честный внимательный взгляд, как отреагирую на такое признание, но я лишь пожала плечами – был и был, понятно, что Амир не мог меня оставить без внимания, то есть тотального контроля. И вдруг неожиданное признание:

– Я не поверил Амиру.

– Не поверил? Почему?

Он опять прошёлся по комнате, сложил руки на груди, но не удержался и взмахнул ими:

– Рина, да как можно от тебя отказаться! Он отдавал приказы, а сам…

– Что сам?

Амир встал перед ним тёмной фигурой силы, но Роберт не опустил взгляд:

– Посмотри свои глаза на записи.

Реакцию Амира можно было предугадать:

– Ты слишком много видишь.

– Работа такая, мутанты постоянно меняются, я должен видеть эти изменения.

И как только Амир его терпит, дело не только во мне – я думаю, Роберт и раньше, до появления меня, позволял себе некоторые вольности, которые ему прощались. Всё-таки почему? Вот и сейчас Амир лишь произнёс непонятный звук и отпустил Роберта:

– Свободен.

Но даже после приказа вождя Роберт посчитал возможным высказаться:

– Рина, мы уже никогда не будем прежними.

И только потом спокойно вышел из комнаты. Амир так и остался стоять, рассматривая темноту моря.

– Амир, что-то не так? Роберт…

– Дело не в нём.

Он опять что-то себе надумал, точно, это мои эмоции на него так действуют, набрался от меня всякой дури – как поставила диагноз Фиса – вот его и ломает двойственность восприятия жизни. Да, это я подумала, и откуда у меня такие мысли, не от Амира же. Я робко спросила, без всякой надежды услышать ответ:

– Ты мне не скажешь?

Амир обернулся и посмотрел на меня неожиданно весёлыми глазами:

– Рина, ты сказала, что мы должны научиться понимать друг друга.

– Да… я должна научиться понимать тебя, ты это хотел сказать?

– Я никогда и никому не верил. Вчера, вспоминая своё детство, я понял, что меня именно этому учил вождь – верить никому нельзя, ни чужим… а своих у вождя нет и быть не может.

Он особенно подчеркнул слово «своих», напомнив моё же объяснение. Медленно подошёл ко мне и посмотрел сверху задумчивым тёмным взглядом.