Амир. Часть IV

Впервые мы встретились, когда мне было десять лет.

Помотав головой, я освободилась из его рук и посмотрела в строгое лицо.

– Как это?

– Я рос в доме воинов, назначенных вождём для обучения своего преемника.

Амир был для своего отца только преемником, не родным существом, а только тем, кто станет вождём после него. Заикаясь от ужаса, я спросила:

– Но… был же кто-то… ну самый близкий для тебя… среди них… может ответственный перед вождём…

– Воины все равны в ответственности. Я для них был будущим вождём.

Пока я собиралась с мыслями, не зная, что сказать, Амир добавил:

– Если вождя что-то не устраивало в моей подготовке, он заменял учителя.

Мальчик, не помнивший своей матери, живший среди взрослых солдат, которых постоянно менял не отец, а вождь, что он мог знать о любви, вообще о возможности каких бы то ни было чувств? А потом шестьсот лет жил иродом, которому по природе отказано в любви. Я прижалась к его груди и вздохнула.

– Ты с моей энергией получил столько всякого разного хаоса, никакое воинское воспитание не спасёт, одно сплошное шатание в разные стороны.

– Шатание?

Удивление было таким искренним, что я с трудом удержалась, чтобы не засмеяться. Я не позволю ему утонуть в тоске и мрачных размышлениях о своём прошлом, каким бы оно не было.

– Ты очень… как это правильно сказать… цельный, ты всё продумываешь, сразу действуешь, ничего никогда не забываешь, всегда добиваешься своей цели. Решил что-то и всё, ничем тебя уже с дороги не сбить. А я? Я за секунду могу надумать такое… сто раз поменяю свои же мысли и решения, сплошной хаос и разрушение.

Непонятный звук, который издал Амир, превратился в тихий смех. Я не понимала его реакции на свои слова, но радостно прижималась к вздрагивающей груди. Пусть смеётся надо мной, пусть говорит всё что угодно, лишь бы не впадал в свою мрачную темноту. Амир неожиданно успокоился, сильно прижал меня к себе и зашептал:

– Рина, ты свет, который разрушает мои оковы монстра. У меня бывает странное чувство… чувство, ироды не чувствуют, но оно возникает, когда ты рядом, вот так обнимаешь меня…

И вдруг застонал сквозь зубы:

– Но я убиваю тебя…

– Амир, я…

– …убиваю каждую секунду, ту секунду, которая делает меня счастливым… это чувство счастья, я никогда не знал, что так может быть от простого прикосновения, улыбки… поцелуя…

Он погладил меня по волосам и коснулся их губами.

– От гневного взгляда и летящего предмета.

– Прости.