Восемь артефактов для некромантки

Леди Лиада осталась довольна увиденным и не заметила предательски выглядывающие из-под подола сапоги по той простой причине, что цветом они почти сливались с тканью. Бежевый муслин платья, вышедшего из моды четыре года назад, обтягивал грудь слишком туго – всё же в некоторых местах девушки округляются до совершеннолетия, зато в талии платье было свободным. Мода – странная штука: в этом сезоне носили утягивающие корсеты и высоко поднятые драпировки, расположенные сзади на юбке, а во времена юношества Эйлис верхом утончённости являлась завышенная талия.

Разницу в гардеробе заметил бы даже слепой, но маменька и бровью не повела, заглянув в зеркало поверх плеча дочери. Эйлис улыбнулась Киаре, выглядевшей в новом платье как взрослая, и перевела взгляд на пустующее место во главе стола. Отец будто избегал Эйлис, хотя раньше всегда хорошо относился к старшей дочери. За два дня она лишь мельком видела папеньку, спешащим к экипажу. Поговорить с ним очень хотелось, как и узнать, отчего он прячется.

Позавтракав и поблагодарив прислугу, девушка сбежала из столовой и направилась в кабинет отца. Стукнув в дверь и дождавшись ответа, Эйлис вошла в комнату и встала напротив стола. Лорд Конол отложил в сторону исписанные листы, сложил руки на столешнице и внимательно посмотрел на дочь. Скользнул взглядом по седым волосам, убранным в простой узел на затылке, нелепому платью и покраснел.

– Эйлис… – отец прикрыл глаза и покачал головой.

– Здравствуй, отец.

– Что? Нет! Как ты могла такое подумать? – лорд Конол привстал, неловко прокашлялся и опустился в кресло. – Я всегда рад тебе, доченька.

– Ты не отвечал на письма, избегал меня после приезда, – девушке стало обидно – раньше только любовь и забота отца примиряли её с властным характером матери. Он всегда успевал вмешаться до того, как они окончательно разругаются.

– У меня много работы, – отец не лгал. Не смог бы солгать под проклятьем, но чувствовалось, что он не договаривает.

Когда Эйлис была маленькой, папенька отличался вспыльчивостью и тяжёлым нравом, но постепенно смягчился и изредка даже баловал дочь запрещёнными сладостями. Сейчас лорд Конол походил на исключительно спокойного человека, который держит свои эмоции в узде.