Амир. Часть III

Я думала эти мысли, а сама видела сияющие глаза Амира, они были яркими и счастливыми, и руки тянулись ко мне вопреки явной опасности.

Но в наш дом мы не поехали, Вито вдруг сказал:

– Рина, мы едем в другое место.

– Почему?

– В дом тебе нельзя. Приказ Амира.

Конечно, как я не подумала, там же кругом сила: ковры, цветы, орнаменты, стол этот разговорчивый.

– А куда?

– В другой дворец. Его укрепят, пока мы едем.

– Далеко?

– Да. Поспи.

Мне казалось, что я не смогу уснуть, но монотонное движение в наступивших сумерках на сумасшедшей скорости утомило, и я не заметила, как уснула.

Разбудил лучик света, я потянулась от удовольствия, организм отдохнул и требовал завтрака.

– Доброе утро.

Я подняла голову и увидела Амира, он сидел в кресле у окна и смотрел на меня теми же счастливыми светящимися голубыми глазами.

– Доброе… утро.

Мгновение и я вспомнила всё, мой взгляд лихорадочно прошёлся по полу, до окна не знаю, сколько метров, о, ужас – сколько там Вито говорил, пять, или нет? Амир понял, о чём я думаю и сразу уточнил:

– Рина, до меня семь метров.

Лучше встань с постели с другой стороны.

Но я осторожно опустила ноги с его стороны, прикрыла их одеялом, и, вздохнув, спросила:

– Как ты себя чувствуешь?

– Хорошо.

И так улыбнулся, что я смутилась, от смущения рассердилась и проворчала:

– Вот, теперь не только мне… а то я всё больная была. Приятно.

Амир расхохотался, вскочил с кресла, но остановился и завел руки за спину.

В этом движении было так видно его стремление обнять меня, прижать к себе, что я опустила голову и покраснела. И что теперь – смотреть друг на друга? Я столько ему наговорила в стремлении привести в сознание, и говорила правду, а как только он оказался рядом, не знаю – как себя вести.

– Рина, ты спасла меня.

Я быстро взглянула на него и опять опустила голову.

– Мы найдём выход, нас много… целый хор.

Он всё слышал, о, ужас, он всё слышал и помнит! А я ведь как раз этого и добивалась, чтобы услышал.

Наверное, если бы он меня сейчас обнял и поцеловал, говорить было бы легче, откровеннее, или не говорить вообще, но на расстоянии опять оказалось сложно и непонятно.

– Амир… я… всё… ты ведь не обязан, я только спасти тебя хотела.

– То, что ты мне говорила – правда?

Пронзительный и очень счастливый взгляд, а руки уже с трудом удерживаются за спиной, плечи выдают, время от времени двигаются в попытке остановить себя.