Пределы вечности

– А зачем они убивают вас? Зачем жестоко пытают и заставляют угождать себе? Это противоестественно, – в наклоне головы королевы чувствовалась угроза, а слова вырывались из пасти с клокочущим бульканьем. – Извращённые ритуалы земной тверди заставили вас стать рабами. Вас, женщин, дарителей жизни. Создательниц сущего – ланна?а – священных и неприкосновенных.

– Я не знаю ответов на ваши вопросы. Меня воспитали так, как и других. Нам не дали выбора, не сказали, что есть иной путь, – Рилинда едва держалась на ногах от испуга, её била мелкая дрожь, но она будто кожей чуяла, что нельзя сейчас показывать страх.

Только не этой морской королеве. – Мы не виноваты в том, что не можем вырваться из этого круга – так было задолго до нас и так будет после.

– Ошибаешься. Так не должно быть и не будет, – Нла?а вдруг сменила позу и отняла подбородок от груди. – Эли?ны объявили войну дракканам, отныне всё изменится.

– Но я не… я не понимаю. Ваши мужчины, эли?ны, они… они марнийцы? – девушка судорожно сглотнула слюну и почувствовала, как на неё волнами накатывает паника.

 – Те самые, что живут на дне морском и наводят ужас на дракканов?

– Потоки сместились и запутались в петли. Никто не знает, какой мир придёт к закату, а какой будет создан, – королева качнула головой и её лицо превратилось в застывшую гримасу, похожую на злобную усмешку. Она облизнула кончиком языка тонкие синеватые губы и встряхнула руками, от чего плавники на плечах встали дыбом. – Ваши мужчины потеряли способность обращаться в любое существо, у них остались лишь крылья – им не покинуть мир и не подстроиться.

– Вы ведь говорите об Исходе, о танце планет и гибели всего сущего на Кериде? – голова девушки разрывалась от мысли, что привычный мир может исчезнуть.

– Лишь тех, кто останется на суше. Море выйдет из берегов, океан захлестнёт земную твердь, но мы останемся здесь. Нам ничего не грозит.

– Тогда для чего эта война? – Рилинда чувствовала, как холодеют её пальцы, как сердце замирает и перестаёт биться от безысходности.

Она закрыла глаза, перевела дыхание и, поборов слабость, сжала руку в кулак. – Зачем нас убивать, если мы всё равно в итоге погибнем?

– Ты не похожа на рабыню. Не склоняешь голову и не боишься возражать мне, – Нла?а не стала отвечать на вопрос, лишь вильнула хвостом, устраиваясь поудобнее на своём ложе. – Мы обучим тебя нашим законам, дадим убежище и защитим. Оналэй, ты займёшься этим, Аллу?а – проследишь.