Дитя Ириса. Заветы и клятвы

– Они не помнят почти ничего из сказанного утром, кроме того, что шутили над тобой и твоими ранами, – он моргнул, но взгляд не отвёл. – Только тот, кто не имеет шрамов, может смеяться над чужими.

Я посмотрела вниз и убедилась, что искромсанная майка едва прикрывает грудь, а уродливый шрам на рёбрах виден во всём своём великолепии. И прикрыться нечем. Да уже и незачем… Ладно, раз уж все мою красоту неземную увидели, можно не переживать, что они скривятся от отвращения. Даже если так и было, я этого не видела.

– Ну? Дальше что? У меня шрамы на рёбрах, ноге и теперь появятся на второй, и ещё на плече, – теперь, со свежими ранами, которые превратятся в такие же отметины на теле, мне не дотянуть по привлекательности даже до Кэрол… что уж говорить об Аманде? – Шрамов не видели что ли?

– Нет! – хором ответили Стивен, Кэролайн и Аманда, которая как раз единственная из них видела мой шрам ещё в Фильтре.

– Угу… любуйтесь, – я отвернулась, еле сдерживая злые слёзы. Разве можно любить такую, как я? А желать? Хотеть создать со мной семью? Не удивительно, что Матиас до сих пор ревнует Аманду – она красивая, и они давно вместе.

– Да ладно тебе, Ливви… мы же не виноваты… ну… – Кэрол усиленно пыталась изобразить раскаяние или доброжелательность, но я ей не верила. – Вот по местным меркам, ты вообще красавица. Видела их женщин?..

– Кэролайн! – возмущённо заткнула её Аманда. – Лив очень даже ничего. Ну, подумаешь у неё есть… эти… штуки… зато она драться умеет.

– Хватит! – резко сказал Роберт. Я повернулась к нему, не веря своим ушам. Он уже стоял, уперев руку в столб для поддержки. Его пошатывало, но на лице читалась решимость. Ну надо же! – Прекратите немедленно! Оливия не раз спасала наши жизни, она пострадала из-за нас. Проявите уважение!

– Оу, Робби! Ты, оказывается, можешь быть суровым, – съязвила Кэролайн, но замолчала, взглянув на меня.

– Я боролся за свою жизнь в Фильтре. В его трущобах и закоулках. Я боролся здесь, в лесу Сильберейи, – он указал на свои раны и криво улыбнулся.

Роберт всех удивил, даже меня проняло. Мы ведь действительно принимали его за тихого полоумного мальчика, а он всего лишь старался не докучать мне. Кто бы мог подумать, что этот тихоня не так прост?

Кэролайн смутилась и не стала отвечать.