Сила в тебе

– Ага, только после шести часов наблюдения и преследования одного конченого ублюдка, – добавил Толик, в ответ, получив от друга презрительный взгляд.

– Раз уж так вышло, думаю вам можно рассказать все, – и Михаил поведал всю историю от начала до конца, сообщив доктору о том, что полиция уже в курсе всего.

Уже уходя, и взяв слово с доктора Киры о том, что он не проболтается никому о том, что узнал, Михаил спросил.

– Она будет в порядке?

– Этого я не знаю, эта ночь будет решительной в дальнейшей участи пациентки, – безжизненным голосом сказал врач чистую правду.

* * *

Миша нервничал настолько, что не ощутил, как его собственные руки стали каменные и неподвижные, а затем, снова взбесились, хаотично блуждая по лицу и волосам.

От непреодолимой тяжести ожидания, Михаилу не помогали ни успокоения друга, ни крепкий кофе. В конце концов, он не выдержал и вышел на улицу.

Уже давно перевалило за полночь, и вокруг все погрузилось в ночной сон, только слегка доносился шум ночной столицы.

– Миш, ты в порядке? – озадаченно спросил его Анатолий.

– У меня просто в голове не укладывается, как можно так поступить с женщинами!?! Это же каким психом надо быть? Клянусь богом, если бы не девушки, я бы собственными руками задушил эту мразь! – Миша расхаживал широкими шагами по ступенькам.

Вдруг подъехала скорая помощь, и мужчины немного отошли в сторону.

– Слушай, дружище, тебе надо успокоиться. Все уже позади, – пытался угомонить товарища Анатолий.

– Позади? Тебе ли не знать, как в нашей стране богатенькие уроды отмазываются от своих темных делишек. Так что, все только начинается, особенно для них, – Михаил махнул рукой в сторону больницы, – еще неизвестно выживет ли Рыбкина, и какое у них, после всего этого, будет психоэмоциональное состояние. Их ждут пытки, моральные страдания, длительные курсы лечения и потом еще восстановление, – Михаил тяжело вздохнул, выпустив весь воздух из груди.

– Но ведь главное, что они живы и этот ублюдок понесет наказание, – Анатолий, похоже, был очень спокоен, хоть в его взгляде читалась неприкрытая усталость и сочувствие.

– Это, кстати, еще неизвестно, но я лично прослежу, чтоб он получил по полной!

Михаил начал рыться у себя в карманах, лихорадочно что-то выискивая. Наконец, он вынул железную массивную зажигалку и начал непрерывно, ритмично щелкать пальцем по ней, открывая и закрывая.