На запад от первой звезды

– Что за… – резкий пронзительный звук обрушился на него, сводя с ума.

Тени вокруг будто стали сползаться к ним, сплетая плотный кокон.

Поддаваться нельзя!

– Итхаква, хочешь забрать мой дух?! Так иди сюда, испробую на тебе мои томагавки!

И он ринулся вперед, на звук. Туда, где в лунном свете тени сплетались в корявые очертания.

Краем уха он услышал странный щелчок позади. Затем – резкий громкий звук, и клубок тьмы впереди разлетелся на куски, обдав не успевшего остановиться индейца потеками зелёной жижи.

– О, Маниту, что за?!.. – он обалдело повернулся к стоящему позади него человеку.

Тот устало усмехнулся, показав Змею на поблескивающий в руке предмет.

– Не благодари. Хороший ствол с серебряными пулями понадёжнее твоих топориков буде… – и незнакомец, потеряв сознание, рухнул на землю.

«Чтоб его! Теперь точно придется тащить», – выругался индеец, подходя к лежащему на земле белокожему мужчине.

«Перемены, и правда, грядут, – хмуро подумал Быстрый Змей из племени Танцующих с Ветром, взваливая на плечо обмякшее тело.

***

Веки, наконец, согласились, и в щелку между ресниц проскользнуло немного света.

Открыть глаза полностью удалось попытки с четвертой.

«А говорил, не понесет…» – если б был в состоянии, он бы издевательски захихикал. А так вышел только стон.

Внутри индейского жилища было темно и прохладно. И пахло горьковатой травой.

Чья-то прохладная ладонь осторожно легла на лоб.

Мейс скосил глаза: индеанка. Молоденькая, тощая. С огромными, почти черными опалами глаз. Хитрых, любопытных, живых.

Мужчина приподнялся и с трудом сел.

Принял из рук девушки чашу с чем-то горьким даже на вид. Но, не задумываясь, выпил. Уж в чем, в чем, а в целебных травах и настоях дикари толк знают.

Стало легче. Голова перестала кружиться, от горла наконец откатил спазм.

Мейс перебрал в мозгу имеющиеся познания и хрипло выдохнул на их языке:

– Почему я ещё жив?

Его собеседница что-то быстро застрекотала, и из всей тирады он понял только, что он чем-то интересен вождю, и его привез один из охотников.

Девушка указала ему на одежду рядом с лежаком и выпорхнула наружу.

Мужчина огляделся получше. Ни его сумки, ни оружия, ни сапог.

– Ну, пошли, что ли… Вожди, они, знаешь ли, ждать не любят, – слова, сказанные самому себе, слегка приободрили. И он, нацепив штаны и рубашку, кое-как выбрался на свет.