Сломанный ангел

– Что такое особенное ты увидел, что пялишься, не отрываясь?

– Твое лицо, – он дотронулся до её щеки – Су Нан вздрогнула, но не отстранилась.

– Вот здесь, – провел пальцем по виску, – здесь, – палец скользнул к носу, – а еще вот здесь, – он остановился на подбородке, – шрамы почти не заметны, но я вижу лица иначе, чем остальные. Для меня важны детали.

Сохранить невозмутимость оказалось непросто – мягкие прикосновения не несли угрозы, и это было непривычно.

– Удивляет пластика? У нас половина школы ее сделала.

Ким Чан Ук ответил понимающей улыбкой.

– Но никто не делает пластику, чтобы изуродовать себя.

Не зря, ох, не зря Су Нан относилась с подозрением к художникам. Их манеру замечать детали можно сравнить с внимательностью киллера, рассматривающего жертву в прицел. Разница в том, что киллер убивает, а художник дарит образ вечности.

– Позволь, я покажу, что вижу.

Су Нан медленно кивнула, начиная жалеть, что разрешила усадить себя в машину. Этот парень, с вниманием киллера, мягкой улыбкой ангела и нежными руками, вызывал странные чувства.

– Ты носишь в школе очки, чтобы прятать за ними глаза.

Руки Чан Ука едва касались головы. Одна за другой он вытаскивал заколки, освобождая волосы из плена прически.

– Заплетаешь волосы, горбишься, шаркаешь. Ради чего, скажи?

Су Нан едва заметно поморщилась, когда он дотронулся до ушибленного затылка, и его рука замерла.

– Прости.

Затем он аккуратно расправил пряди и улыбнулся:

– Ты совсем на нее не похожа.

– Ого! – воскликнул, обернувшись с переднего сидения, Ши Вон. – Су Нан-а, да ты красотка. Пойдешь со мной на свидание?

– Никто никуда не пойдет, – по словам отчеканил Мин Ен и резче, чем следовало, ввел машину в поворот, притормаживая около корпуса, где жила четверка, – пока мы не выясним, кто она и что делает в школе.

Глава вторая

Владелец чеболя GK холдинг называл частную школу Дейвиш – своим любимым детищем. Роскошный особняк, теннисные корты, бассейн, стадион, парк, озеро с лодочной станцией, а также отдельные коттеджи для проживания студентов занимали обширную территорию в пригороде Сеула.

Непомерно высокая стоимость обучения создавала естественный отбор студентов, не допуская в стены случайных людей. Учиться здесь могли себе позволить дети не просто богатых, а очень богатых семей Кореи.

Дейвиш был не просто школой. Он служил платформой, обеспечивающей должный старт во взрослую жизнь.