Крылья любви

– Послушай… те, – перешла она для солидности на «вы», и Креостарх от неожиданности отступил на шаг, удивленно смотря в гневное лицо девушки, – меня мало волнуют ваши правила, потому что они – ваши. Если я под арестом, скажите об этом прямо. Если ваши леди – что-то вроде заключенных высокого уровня, а вот это, – она потрясла браслетом, – наручники, то я желаю, нет, я просто требую, чтобы меня отправили обратно.

Голубые глаза предупреждающе полыхнули гневом, но Ксению уже понесло. К тому же спина горела огнем, и надо было срочно отвлечься от боли.

– Пугаете вампирами? Откуда мне знать, как бы они отнеслись ко мне. – Она вспомнила зеленоглазого. – И в городе есть не только вампиры и оборотни.

Креостарх помрачнел, но ход пропустил, давая ей выговориться.

– Вы упорно твердите, что мне повезло быть похищенной именно вами, только я не нахожу никакого везения. Корабль, где и шагу нельзя ступить, чтобы не напороться на запрет. Обряды с надеванием наручника. Эллиана какая-то. Вы даже не объяснили, что это значит, а обращаетесь со мной так, словно я на все согласна.

– Ничего, – оскорбился вдруг Креостарх. – Это сильнодействующее тонизирующее средство, настоянное на мхах горы Сибудан. Я решил, вам будет полезен один бокал после пережитого, но вы настаивали на добавке.

– Могли бы и не давать, – поддела она его.

– Мог, – согласился он, – но вышло даже лучше, чем я мог надеяться, – и он кинул на девушку настолько изучающий взгляд, что ей срочно захотелось посмотреться в зеркало – не выросло ли там чего лишнего.

– Моя леди, давайте забудем об этой глупой размолвке. Вы – чудная женщина, милая, красивая, воспитанная, – Ксения нервно сглотнула, не понимая, с чего этого на маньяка нашло подобное красноречие, – и я понимаю, вам тяжело принять наш образ жизни, но поверьте, через пару лет вы с ужасом будете думать о том, что жили иначе.

Для ясности он указал на дверь, за порог которой отныне ей запрещено заходить. Ксения открыла было рот, чтобы высказаться, но гордость взяла вверх.

Хотят запереть, как собачонку? Хорошо, пусть будет клетка. Временная клетка. И ничто не помешает ей сбежать, как только подвернется случай.