Что было, что будет, чем сердце успокоится

 – Таточка, ты сейчас это так произнесла, как будто…

– Как будто что?

– Как будто всё, приплыла моя подруженция!

– Куда? – прикинулась блондинкой я.

– Туда, туда, нечего дурочку валять, сама понимаешь! – усмехнулась Ленка. – Слушай, а давай его по телефону пробьём?

– Кажется, он непробиваем – ни по телефону, ни как-либо ещё… – у меня в ушах опять зазвучал обворожительный голос, заставив сильнее биться сердце.

– Глупости! Ну, говори номер!

Спустя некоторое время Ленка, морща задумчиво лоб, повернулась ко мне.

– Ну и? – впрочем, вопрос можно было и не задавать, я и так всё поняла по озадаченному лицу подруги.

– Твой Сидоров Иван Иванович оказался Завьяловой Олимпиадой Тихоновной тысяча девятьсот тридцать шестого года рождения, бездетной, проживающей в деревне Каменка Красноярского края.

– Упс!

– Да уж. Может быть, это его бабка? Двоюродная?

– Не много ли бабок в этой истории? – скривилась я.

– Боюсь, что ничего, – вздохнула Ленка.

– Вот именно! Ну ладно, фиг с ним, с этим Иваном Олимпиадовичем! Завтра и сами всё узнаем, если он, конечно, не передумает к нам прийти!

Глава 9

Но он не передумал, хотя надежда не покидала меня до последней секунды. И только когда в дверь, ровно в семнадцать ноль-ноль, позвонили, я поняла, что сегодня, пожалуй, не мой день. Хотя, честно признаться, любопытство поглядеть на обладателя завораживающего голоса всё же побудило моё сердце подпрыгнуть от радостного ожидания, и я даже чуть не кинулась к двери вслед за Ленкой.

– Ты куда? – грозно прошипела подруга. – Сидеть!!

Манька, которая в это время, развалившись на диване, вылизывала свой живот, вздрогнула, спрыгнула на пол и уселась, уставившись на нас сверкающими глазами. Мы с Ленкой переглянулись.

– Цирк да и только! – наконец, выговорила подруга и захлопнула за собой дверь.

– Кажется, нам будет с тобой о чём поговорить, киса… – пробормотала я, бухаясь в кресло и поспешно принимая загадочный и чуточку сумасшедший вид. Кто его знает, может быть, и правда мужиков обмануть гораздо легче, чем женщин…

Впрочем, и эта надежда испарилась точно так же быстро, как и её сестра минутой ранее. Один только взгляд на вошедшего в комнату господина ясно дал понять, что никому и никогда провести этого человека не удастся.