Мать Богов

Но скажи, разве обязательно было бить меня по лбу? – Еще раз взглянув на свое отражение в зеркале, он улыбнулся. – Ну давай! Скажи, что по-другому я бы не понял! Хотя да… дураков надо учить.

В последующие дни директор Ласски из станции не выходил.

***

Однако шебутной нрав мужчины требовал не только со вкусом проведенных в объятиях нежной грелки знойных ночей. Он любил свою работу, поэтому, узурпировав лабораторию доктора и взяв его в добровольные заложники, он снова занялся исследованиями вещества, способного стать лекарством от местных иллюзий.

– Вы уверены, что люди пожелают с ними расстаться? – с сомнением бубнил доктор. – Они даже от валерианки уворачиваются, считая себя крутыми супергероями, которым поход по инопланетному радиоактивному лесу кажется прогулкой. Кстати, не поделитесь соображением, почему в катере, даже после дезактивации, сохранился остаточный фон, а с Вами ничего не произошло?

– Я Вам не нравлюсь как директор, или Вас смущает моя внешность? – Ласски вопросительно приподнял бровь.

– Тьфу… – не выдержал учтивого тона доктор. – Я ему – про здоровье, а он, как те идиоты, которые где-то бродят, снова про любовь. Запомните: на опыты они себя без боя не отдадут!

– Пригрожу досрочным расторжением контракта.

– Совет директоров Вас по головке не погладит. – продолжал пророчества врач. – А учредители точно усомнятся в Вашей пригодности к руководящим должностям!

– Из-за отношения к сексу? – Согнувшийся над колбами господин Ласски повернул голову и подмигнул синим глазом.

– Принуждая людей, Вы поднимите излишний шум, который пресса услышит даже отсюда!

– Уговорили. – Кивнул директор. – В этот раз спрошу. Но всех, кто подаст заявки на следующую вахту, обработаем комплексно еще на Земле. Они ничего не заподозрят.

– Как собак: от блох, глистов, поноса и бешенства. – Согласился доктор, натягивая на лицо щиток.

***

Шли дни. Деревья, иногда лысеющие проплешинами, быстро обрастали новой листвой.

Животные, еще недавно стаями бегающие по крыше и даже стенам станции, снова ушли в лес. Бабочек, насытившихся любовью, становилось все меньше. И тогда рейнджеры капитана Инти начали приводить загулявших людей обратно. Пусть тела существовали в реальном мире и времени, однако сознанием и внутренним взором они были все еще там, в тех местах, где находилось их персональное счастье.