Адонай и Альтея

– Славно, – одобрил Скрипач, когда очередная дверь оказалась заблокирована. – Ну как вам?

– Трындец, – честно ответил Лин. – Вот теперь я в полной мере ощущаю, что зря мы не тренировались нормально с Сабом.

– Ага, проняло, – усмехнулся Скрипач. – То-то и оно.

– У меня ощущение, что мы играем в какую-то детскую игрушку в Скивет, – покачал головой Пятый. – Это как-то… несколько нарочито выглядит. Не может быть такого, чтобы не было иного пути. Без подобных игр.

– Ну, сперва нам тоже так показалось, потому что действительно похоже на детскую игрушку, – покивал Скрипач.

 – До первого пойманного дротика. Может, оно и выглядит игрушкой, но ею не является.

– А так же во всей локации? – спросил Пятый. – Во всех точках входа будет одно и то же?

– Да, – кивнул Ит. – Где-то тяжелее, где-то легче… поначалу. Потом следует усложнение. Мы пробовали разные точки входа, и результат был примерно одинаков: нарастающая опасность и сложность ловушек. Мы прошли примерно восьмую часть, и, надо сказать, можем только догадываться, какая сложность у этого всего будет ближе к финишу.

Тут действительно реализован принцип игры, некоей обобщенной игры, в которую нас вынуждают играть, потому что правила обойти невозможно.

Пятый задумался. Встал, прошел чуть вперед по коридору, остановился. Огляделся.

– Странный запах, – сказал он. – Тут очень странный запах, вам не кажется?

– Ещё как кажется, – кивнул Скрипач. – Если вы, курящие, его ощущаете, то что говорить про нас, мы в данный момент почти не курим.

Кстати, как бы ты этот запах описал?

Пятый и Лин переглянулись, Лин пожал плечами.

– Что-то техническое, что-то съедобное, какое-то масло, и… вроде бы дети. И взрослые. Причем исключительно люди. Никого другого – если иметь в виду расы.

– Верно, – кивнул Скрипач. – Вы просто… мало бывали в таких местах. А вот нам довелось. Такой запах бывает на аттракционах. Или на ярмарках. Сложная, причудливая смесь, в которой технические запахи соединяются с запахами живых существ и еды. Этот момент, кстати, тоже интересен, потому что в Лесу никого нет, а падалью пахнет.

Не всегда, временами. Старой такой падалью, лежалой.

Пятый посмотрел на Скрипача.

– Значит, вы тоже это чувствуете, – сказал он. – Почему вы тогда не сказали нам об этом?

– А надо было? – прищурился Ит. – По-моему, вам пора уже начать говорить самим.

– Трудно говорить, когда не понимаешь, о чем, – тихо ответил Пятый. – Живое. Тут что-то живое, вот что мы оба ощущаем. Это как в Сети.