Мистика. Рассказы

– Какой звонок? – пожал плечами Николай Петрович.– Зачем куда-то идти? У меня в холодильнике все должно быть. Я просил, чтобы без излишеств, но самое главное – было.

Николай Петрович открыл дверцу холодильника и опять широко улыбнулся. На полочках лежало завернутое в газету, слегка подсоленное сало, в трехлитровой банке из мутного рассола выглядывали соленые огурцы. Белые маринованные грибы уже были выложены в глубокую тарелку и слегка сбрызнуты растительным маслом и уксусом. Лук зеленый, как и петрушка, лежали отдельно на деревянной доске – на той же полке, где и десяток яиц, сваренных вкрутую.

– Нет, ну, я видел, конечно, чтобы в номерах был такой сервис. Но, чтобы – так!

– Значит, заслужил, – ответил незнакомец, и, закрывая за собой на замок дверь, продолжил: «Ну, если только по маленькой и то – мне чуть-чуть. Если моя унюхает, не сносить головы!».

– Да что тут пить? Помогай, раз ты уже бывалый. Где ножи и вилки? – обратился к мужчине Николай Петрович.

– Да все тут, в ящике стола должно быть, – ответил тот и, приподняв на круглом столе по центру комнаты скатерть, с видом знатока начал извлекать из его недр все столовые предметы: и ложки, и вилки, и тарелки, и небольшие хрустальные рюмки. Николай Петрович по праву хозяина налил первую рюмку гостю, вторую – себе и, взяв в левую руку кусок хлеба с предварительно отрезанным кусочком сала, сказал:

– Ну, за знакомство! Как тебя звать-то?

– Эммануил! – присоединяясь к хозяину, поднял свою рюмку новый знакомый.

– А меня ; Николай, – ответил Николай Петрович и, чокнувшись со своим новым другом, выпил залпом все содержимое своей рюмки. – Хорошо пошла! Как в сухую землю!

А, посмотрев, как его гость чуть обмакнул губы в спиртное, сказал:

– Так, Эммануил! Ты у себя, как хочешь, а у меня первую рюмку – до дна!

Новый знакомый, взглянув на строгое выражение лица хозяина комнаты, а затем на свою заполненную до краев рюмку, выдохнул воздух.

– Ты закусывай, закусывай, – подал огурец своему новому другу старик. – Соленый огурец – первым делом! Он перебивает неприятие выпитого и показывает нашему мозгу всю радость бытия.

– Действительно, – захрустел огурцом Эммануил. – А я как-то раньше пренебрегал соленьями.