Грааль клана Кеннеди

Как старая и умная собака. Старые люди обычно очень умные и хитрые, только многие об этом не догадываются. Думают, если старые, то дураки, выжившие из ума. Но это не так. Даже, я бы сказал, совсем наоборот. Как коньяк?

– Уверена, что хороший. Я мало пью.

– Молодец! А вот Марго хлещет бутылками, – и снова смешок-карканье. – Хорошая она баба, но отъявленная дрянь, – произнес он с некоторым, как показалось Марусе, удовлетворением. – Уже освоилась в городе? Город хорош. Купцы его обустраивали. – Корольков-старший, видимо, забыл, что несколько минут назад отзывался о городе по-другому.

 – Главное – начать. Дальше – больше… – Он задумался.

Молчал Эдуард Николаевич долго, Маруся хотела уже кашлянуть, чтобы привлечь к себе внимание, но наконец старик отвлекся от своих мыслей и посмотрел на нее. Но таким взглядом – как сквозь стены.

«Он меня не видит, – констатировала Маруся. – Он весь в себе, в своих раздумьях».

– Приведи моего сына к победе, и я… – он снова замолчал. – Сделаю для тебя все. Квартира? Вилла в Испании? Карьера в Лондоне… Выбирай!

У Маруси пересохло во рту.

Она поняла, что старик говорит абсолютно серьезно, и эта серьезность… пугает. Как неизбежность, с которой до поры до времени не хочется сталкиваться. Эта неизбежность может раздавить катком, если не отойти вовремя в сторону. И какой тон! Какая уверенность! А если она не справится? То что? Что с ней будет?

– Ты справишься! – заверил Корольков, вновь угадывая ее мысли.

Она даже поежилась от такой проницательности. Было здорово не по себе.

– И я не шучу, – добавил Эдуард Николаевич. – Еще по стопочке?

– Спасибо. Не буду.

– Я хочу видеть в моем сыне новую политическую силу. В Москве сейчас все выдохлись. Свежие люди придут из провинции. Хотя не люблю я это слово «провинция». – Повелитель бурь, как назвала его про себя Маруся, поморщился. – Глупое слово какое-то. Для меня Москва – провинция. Суматошный город с хамскими жителями.

– Вы жили в Москве? – брякнула Маруся наобум и тут же покраснела.

– Учился, – поправил ее Эдуард Николаевич.

 – В высшей партийной школе. Была в свое время такая. Вы не застали.

– Зато слышала.

– И то хорошо. Сейчас для многих коммунизм – как замшелый пиджак. А в то время это была отличная кузница кадров. Выходили оттуда люди, готовые к работе и прежде всего к управлению. – Возникла пауза. – Мысли разные одолевают. – Он вздохнул и посмотрел на Марусю. – Вот поживешь с мое, тогда поймешь, как это тяжело, погружаться в воспоминания.