Ангел-хранитель из соседнего подъезда. Рассказы

Дверь квартиры открылась, и из нее показалась тётя Наташа.

– Вероника, иди домой, хватит сидеть тут! А ты проваливай, – тётя вытолкала в спину мужчину, и тот, не успев обуться, босиком выбежал из квартиры. – Чуть на тот свет не отправил! Откуда ты этот спирт приволок? Сам его со своими дружками пей!

– Да кто же знал, что это метиловый. Пахнет так же… – мужчина попытался оправдаться, но тетя Наташа перед ним закрыла дверь и не дала тому договорить.

Женщина виновато посмотрела на племянницу.

– У меня словно пелена с глаз слетела. Я не знаю, что и произошло – словно на том свете побывала! С сегодняшнего дня – всё! Клянусь тебе: больше никаких посиделок!

В дверь кто-то позвонил.

– Ну, я ему! Не уймется никак! Подожди, Вероничка. Сейчас я дяде скажу, чтобы уходил, и вернусь.

Женщина, бранясь, взяла в руку черпак и пошла открывать дверь. Но вдруг замолчала. Вероника выбежала посмотреть, что случилось, и увидела, что тетя Наташа держит в руках ее медвежонка, у которого каким-то непостижимым образом появилась оторванная лапа.

– Кажется, этот твой?

– Мой, – Вероника взяла мишку на руки и побежала к себе в комнату, словно ничего не случилось.

Тетя Наташа зашла на кухню и посмотрела в окно. Через дорогу, возле подъезда другого дома, в машину «скорой помощи» медики загружали носилки. Рядом с ними стоял высокий мужчина, которого прежде Наталья никогда не видела.

– Интересно, кто это? Мне даже кажется, я с ним где-то уже встречалась.

Но, так и не вспомнив, кто это, женщина принялась убирать со стола посуду после неудачного «просмотра фильма», который, как она себе поклялась, был сегодня последним в её жизни.

Ангел-хранитель из соседнего подъезда

Большой черный кот сидел на скамейке напротив автобусной остановки. Он мог часами наблюдать за вечно суетящимися людьми, которые постоянно спешили и толкали друг друга, чтобы побыстрее попасть внутрь автобуса, занять свободное место (если таковое, конечно, имелось в наличии) и, усевшись на нём, предавшись рассуждениям, делать собственные нелицеприятные выводы о человеческой цивилизации, как таковой.

– Ничего не меняется. Ничего, – зевнул Мартин.

Именно так звали кота последние несколько сотен лет. Или, если быть точнее, последние несколько тысяч лет.