О бывшем наемнике и взрослой женщине

– Понимаю, – сказал Итан, глядя отцу в глаза. – Я подцепил твою дочь на улице, схватил ее за руки, затащил в подворотню и трахнул. А наказывают ее. Мне понравилось. Может быть, у тебя есть еще дочери, чтобы повторить?

Нагло, без всякого страха.

Отец молча кивнул своему амбалу, тот ударил Итана по лицу. Со всей силы, так, что стул покачнулся. Голова Итана мотнулась…

Отец кивнул снова. Со второго удара Итан, вместе со стулом, свалился на пол.

Его подняли. Он зажмурился, пытаясь прийти в себя. Выплюнул кровь.

– Ну? Еще? – поинтересовался отец.

– Хватит! Пожалуйста! – вскрикнула я.

Так нельзя! Что же Итан делает?

Итан бросил на меня быстрый взгляд.

– А она чувствует себя виноватой? – хмыкнул он. Язык у него слегка заплетался, кровь во рту. – Наивная девочка. Это забавно. Она считает, что раз некстати улыбнулась мне, то виновата сама. Как думаешь? Если девочка улыбнулась мне на площади и кинула монетку за представление, то я имею право ее трахнуть? Выходит, имею!

– Итан! – вскрикнула я.

Отец было обернулся ко мне, но Итан и не думал замолкать.

– А знаешь, как она отчаянно дралась и кричала? – с кривой ухмылкой поинтересовался он. – Но я зажал ей рот, чтобы никто не слышал, прижал хорошенько. Такая горячая сладкая цыпочка, и так сладко пахнет. Когда еще мне перепадет такое? Стоило рискнуть. И слезы у нее, вот как сейчас, размером с горошину…

На последних словах у него сел голос, Итан судорожно сглотнул, облизал губы.

Это все…

– На стол его, – велел отец. Холодно.

У меня потемнело в глазах. Мне казалось, все это происходит не на самом деле, не со мной. Так не может быть. До сих пор никого не убивали из-за меня. Никого… Я не хотела…

Я смотрела, как амбал перерезал веревки, сдернул Итана со стула, потащил в угол, на тяжелый мясницкий стол. Итан не сопротивлялся. Даже когда его укладывали, когда разводили руки, привязывали к кольцам. Когда распороли рубашку, открывая грудь и живот. Я только видела, как он часто дышит, как дергается кадык.

Я не могла поверить.

– Не надо… – у меня ком встал в горле, и голос тоже пропал совсем.

– А ты ведь понимаешь, парень, что я сделаю с тобой? – вкрадчиво поинтересовался отец.

– Выпустишь кишки. Мне говорили.

Итану было страшно, но он держался из последних сил.

Отец подошел ближе, взял нож…

Он же никогда не убивает сам…

– Нет! – вот тут меня накрыло, я сорвалась с места, бросилась к нему.