Последний защитник для альвы

Он еще мальчишка, ему не справиться… Нет, они почти ровесники, но Эйрик на целую голову выше и куда сильнее.

– Пожалуйста… – плачет Ивен.

– Ты что, хочешь, чтобы я отпустил его? – Эйрик больше не поворачивается к ней, смотрит только на Тьюгге, в глаза.

– Да! – кричит Ивен. – Отпусти! Он уйдет, я клянусь тебе! Он уйдет! Только не убивай!

Ей страшно.

– Я отпущу, а он вернется. Приведет еще людей. Снова захочет меня пристрелить. Как я могу быть уверен?

– Пожалуйста… Отпусти его! Он не вернется! Я клянусь…

Эйрик с сомнением качает головой.

– Ты не можешь обещать за него.

– Я… я… – пытается сказать Тьюгге, но пальцы на его шее сжимаются так крепко, что ему не вздохнуть.

– Ты обещаешь мне? – спрашивает Эйрик.

Тьюгге судорожно кивает.

– Отпусти! – просит Ивен.

Эйрик размышляет еще, это решение дается ему не легко.

Но, в конце концов, он сдается, разжимает пальцы, отступает на шаг.

И Тьюгге, не устояв, валится к его ногам, кашляет. И лишь потом, с трудом, поднимается на ноги.

– Уходи, – говорит Эйрик. – Забирай своего, там за сараем, и уходи. Пока я не передумал.

– Леди Ивен… – просит Тьюгге. – Леди Ивен, простите меня.

По щекам Ивен текут слезы.

Спотыкаясь, Тьюгге бежит за дом… там раненый… Альвар… Его она знает тоже. Он хромает, вся нога в крови, и еще на виске кровь … Тьюгге уводит его вниз, к реке.

– Люди твоего отца? – хрипло говорит Эйрик, не оборачиваясь.

– Да, – говорит Ивен.

Трое.

Никто больше ей не поможет.

Эйрик чуть покачивается, делает шаг вперед, прижимаясь лбом к стене дома.

– Я так и понял, – говорит он. – Иди в дом.

У него стрела в плече, он тоже ранен… Но никаких возражений.

Только с опозданием Ивен подумала, что так и не спросила Тьюгге об отце. Не успела… было не до того.

Подобрав ноги, она сидела на кровати, наблюдая, как Эйрик, сидя у очага, пытается вытащить стрелу, застрявшую в плече. И так сзади неудобно, плохо видно, а та еще и не поддается. Тяжело. Он скрипит зубами, часто-часто дышит между попытками, приходя в себя.

Нужен врач, но где его тут возьмешь.

Наконец, Эйрик, не выдержав, просто рванул со всей силы. Качнулся, чуть было не потеряв сознание. Глухо и сдавленно зашипел…

Что-то хрустнуло.

В руке осталось древко, а наконечник… где-то внутри.

Ивен вздрогнула.

И сам Эйрик еще долго сидел с обломком стрелы в руке, закусив до крови губу, словно пытаясь осознать.

Потом как-то беспомощно оглянулся на Ивен.