Синее пламя Юга

Кадим видит в этом позор для себя, как для воина? В том, что произошло…

– Кадим, – сказала я, – это магия, твари бьют магией по нам. Человек этому не может противостоять. Никто бы не справился.

– Да, миледи, – он кивнул и повернулся, собираясь уходить. – Доброй ночи… – но задержался чуть-чуть, переступил с ноги на ногу, сомневаясь, стоит ли говорить. – Простите, миледи, но дело не только в тварях и не в том, как я… – он тихо кашлянул. – Обычный человек бы умер, встретившись с ними, а я выжил. Тут нечего стыдиться.

Но плохо то, что мы… с Отером, похоже, недооценили Север. Не думали, что эти твари так сильны. И это значит, все зашло слишком далеко.

Облизал губы. «Обычный человек»? В нем тоже есть огонь? Если и есть, то слабый, я не чувствую на расстоянии. И даже с Отером – мне потребовалось уткнуться в него носом, там, в дверях, чтобы понять…

– Зашло слишком далеко? – все же спросила я.

Он неуверенно улыбнулся.

– Простите, миледи, мне не стоит говорить это сейчас. Но… В Мидсворде понимали, что Север ослаб.

Это очевидно по тому, сколько зерна теперь здесь закупают, не хватает своего, по тому, как люди перебираются на юг. Но мы не ожидали, что твари Севера так сильно жаждут крови. В Данхаре не так…

Ну конечно, это я уже слышала – их атабек «сильная кровь». Да. Теперь чужак с юга спасет нас. По воле короля – спасет.

Я ненавижу короля, и его слово теперь для меня – ничто.

И не хочу снова слушать это.

Мой отец делал все, что в его силах, он был предан короне, а с ним поступили вот так.

Я почти уверена, королю просто понадобился повод, чтобы возвысить этого Искандера, чтобы наградить его. И какой-то там малейший промах отца при дворе стоил ему жизни.

Только повод и прихоть. И прихоти я не подчинюсь. Лучше останусь верной отцу.

Я не верю…

– Спасибо за комнату, – сухо сказала я.

Кадим кивнул, еще на мгновение задержался.

– Доброй ночи, миледи.

И пошел прочь.

Тогда я посидела еще, допила эль и пошла тоже. Комната и нормальная постель – это как раз то, что мне сейчас надо.

Когда проснулась утром, спустилась, нашла Отера, одиноко сидящего за столом.

Задумчиво ковыряющего что-то в тарелке.

Мрачного. Настолько мрачного, что дальше некуда.

Что не так?

Я подошла.

– Ты тоже обеспокоен тем, как ослаб Север? – спросила я.

Он вздрогнул, с удивлением поднял на меня глаза, моргнул даже. Потом, кажется, понял.

– Это Кадим тебе сказал?

– Да. Что вы недооценили.

Отер фыркнул.