Месть Елизаветы

Словно она не на задании, словно просто так, просто мужчина и просто женщина, случайно встретившиеся при дворе и решившие продолжить знакомство. Словно ничего не было. Хоть на минуту забыть…

Он больше говорил, а Лиз больше молчала, но в этом не было никакой неловкости, это было приятно… и приятно слушать. Капитан много где побывал, да и вот, только что из Нитошвара, они провели в Орне, столице, почти два месяца, все успели обойти от кабаков до картинных галерей. Про Серебряный Дуж, про рассветы над Майной, про Сайготаву, где бывал еще давно.

Лиз слушала, улыбалась, иногда что-то рассказывала сама, но не много, и капитан не слишком настаивал, и она предпочитала слушать.

А потом, уже в сумерках, они гуляли по набережной вдоль реки, сидели на широких ступенях. Он снял свой китель, постелил для нее, чтобы Лиз могла сесть. Осторожно взял ее за руку. Осторожно гладил ее пальцы… Держал ее ладонь в своей.

Когда он касается ее – это так удобно использовать. Через непосредственный контакт открытой кожей всегда лучше дается воздействие.

Можно даже попытаться заглянуть во вчерашний день, увидеть, что у них там произошло с принцем. Только если делать это так в лоб, он может почувствовать, надо отвлечь, занять его мысли другим.

Поцелуй?

Но он сидел рядом, держал ее за руку, смотрел ей в глаза и даже не пытался.

Тогда она сама? Хватит мечтать, надо взять себя в руки.

Это ведь не свидание. Лиз здесь для того, чтобы увлечь капитана, понять, годится ли он для ее целей.

Понять, легко ли им управлять?

Но вспоминать об этом, словно ломать что-то в себе.

Ради ее семьи. Ради мести. Того, к чему Лиз так долго шла.

Она делает это не ради себя.

«Поцелуй» – велела мысленно, глядя ему в глаза.

И капитан, ни мгновения не сомневаясь, потянулся, коснулся ее губ губами. Осторожно, словно пробуя.

Улыбаясь.

«Еще. Крепче».

Он смотрит на нее. Так смотрит, словно все понимает, но готов поддержать игру. Подчиняется. Тянется к ней, обнимает, притягивает к себе.

И целует так, что кружится голова. Нежно и горячо.

И в этом так просто забыть…

Но Лиз помнит.

Сейчас лучший момент. Она тянется, касаясь его памяти.

Вчерашний день. Она видит его глазами, как испуганная женщина выскальзывает из рук принца и бросается прочь. А охрана, та, что каким-то образом замешкалась, бросается вперед, хватает капитана за руки, заставляет пригнуться, с размаху успевает приложить о балюстраду балкона. Пронзает боль.