Медные крылья для королевы Синих драконов

Хотите, и вас покатаю?

Так непосредственно вдруг.

Я растерялась. Совсем. Этот вопрос… он даже не неуместный, он просто… Немыслимый. Я не предполагала, что кто-то может предложить такое.

– Сколько вам лет, Танкар? – вырвалось у меня. И тут же пожалела. Это неприлично.

Неправильно.

Он подобрался даже, поджал губы, ноги под себя подобрал. Напрягся.

– Девятнадцать, – сказал тихо. – Я веду себя неподобающим образом, да? Мне говорили. Простите, королева Эирин, я не хотел обидеть вас или предложить что-то недостойное.

Мне стало не по себе. Он так говорил это, что я начинала чувствовать себя занудной старухой.

И еще вдруг так неожиданно кольнуло – я хочу летать. Хочу в небо. Кто может мне запретить? Сейчас-то кто может?

– Мне недавно исполнился двадцать один, – сказала я, толком не понимая еще, что ответить. – Мы почти ровесники. Но я не то хотела сказать, Танкар. Я это спросила… меня всегда поражало, как в вашем возрасте можно достичь столь многого… Несмотря ни на что, всю эту войну… я восхищалась вами.

Слова закончились. Я смотрела на него и понимала, что все, что было разумно и правильно раньше – сейчас неправильно. Все изменилось. Но я пока не поняла, как быть дальше. Чуть не сбежала обратно в спальню, так захотелось спрятаться.

А он вдруг улыбнулся понимающе.

– Ну, так хотите полетать? – спросил, поднимаясь на ноги.

И вот – все.

Я уже не могу отказаться.

– Хочу, – призналась я.

Мы нашли мужскую одежду, его одежду, а то ведь в платье летать неудобно.

Это было так странно, почти дико, и, может быть, завтра я пожалею об этом. Или не буду жалеть. Не знаю. В конце концов, сегодняшней ночью я принадлежу ему, его трофей, он может делать со мной что захочет. Захочет – может катать над морем.

И от этого краснеют щеки.

Безумно.

Возмутительно.

Если кто-то увидит, что я творю…

Что? Что тогда будет?

И что подумают обо мне? Что королева ведет себя неприемлемо? Кто-то будет недоволен мной? А если Черный возьмет меня и изнасилует – они будут довольны?

Разве королева драконов не должна летать?

От этой неподобающей дури колотится сердце, вдруг разрываясь от радости. И я не могу понять, как это возможно.

Это небо зовет меня.