Медные крылья для королевы Синих драконов

То, что сегодня Медный решил заявить свои права – ничего не значит.

Мы проиграли. Мы должны платить, если хотим сохранить хоть что-то.

Все, что я могу – это принять с достоинством…

Айола поднимается на ноги, дрожит.

– Иди сюда! – требует Черный. – За столом будешь сидеть со мной.

Выбор сделан. Я не в силах на это смотреть.

Только Серебряный Кьото выбирает иначе.

Он идет мимо столов, разглядывая женщин. Большинство из них отводит глаза. Не все, некоторые смело встречают его взгляд. Кьото выбирает.

Леди Илария. Два года как вдова, у нее трое почти взрослых детей, но она все еще хороша. Взрослая женщина, знающая себе цену. Чем-то похожая на жену Серебряного, но его жена старше, Кьото женат уже пятьдесят лет.

– Леди… – он улыбается ей, протягивает руку, словно приглашая на танец. – Разделите со мной этот вечер?

Леди Илария покорно склоняет голову, выходит из-за стола.

Я не видела, как выбирал Пирро. Стоило отвлечься, и вот, он уже горячо обнимает молоденькую дочь Фанеса, у той краснеют щеки и горят глаза. Пирро что-то говорит ей на ухо, она смущенно улыбается. Вот тут уж все точно по любви.

– Я тоже возьму свое! – вдруг говорит Зеленая с вызовом. – Это и мое право тоже!

– Хочешь девочку? – Черный заржал.

– Мальчика, – фыркнула Зеленая. Но смотрела она только на Медного, больше ни на кого. Ей нужно было его одобрение.

Или даже не так.

Ее взгляд – как у ревнивой любовницы. Что между ними?

– Ты имеешь право, Фэй, – Медный сдержанно улыбнулся. – И я даже знаю, кого ты выберешь.

– Канцлера! – объявила Зеленая. – Если ты берешь королеву, я возьму канцлера. У него увели невесту, но зачем ему скучать! Смотри, какой он хмурый сидит.

Майрон вздрогнул, поднял на нее глаза, не до конца понимая.

А ведь Зеленая это специально, это показательный ход. Но Медный чуть ухмыляется тоже.

– Вы ведь разделите этот вечер с принцессой Файдух, лорд Майрон?

Лицо Майрона багровеет, потом бледнеет, потом идет красными пятнами.

– Я что, похож на…

Но нет, он находит в себе силы заткнутся. Скажи он это вслух, и оскорбил бы всех женщин в этом зале, оскорбил королеву.

– Если бы такая девушка выбрала меня, я бы не сомневался! – отозвался Пирро.

– Это возмутительно! – тихо зашипел Майрон сквозь зубы.

– Мы проиграли, Мар, – мстительно пожала плечами я. – У нас нет выбора.