Дети Мертвого Леса

 – Как?

– Ну, не знаю, – говорит он. – Попробую как-нибудь. На ощупь. Этот Эван прав, за помощь нужно платить. Думаю, с посудой я справлюсь.

– Эван? Ты все слышал?

– Я слепой, но не глухой пока. Каторжники… Значит, Лес придет сюда. Скоро?

Он очень внимательно смотрит на нее… то есть не смотрит, но это выглядит именно так. Его глаза прикрыты, но лицо повернуто в ее сторону, очень точно… на звук?

Это… Шельда делает несколько шагов в сторону, и он поворачивается за ней.

– Думаешь, что они заберут тебя?

– Не знаю, – Хёд пожимает плечами.

– В чем же? – говорит Шельда. Отходит к окну, и Хёд поворачивается за ней.

– Хм… – говорит он. – Например, в том, что я здесь делаю.

– Тебя нашли в Красной Пади, полумертвого, – говорит она. – У Оддни овца убежала, они пошли искать ее, а нашли тебя. Причем тут я?

– Ты чисто случайно оказалась рядом? Дочь… или жена? Кто ты? Жена Норага?

– Какое тебе дело?! – говорит она.

Он снова пожимает плечами.

– Так что там с посудой? – говори он.

– Пошли, – говорит Шельда.

Собирает со стола, несет на кухню. Хёд со своей табуреткой идет за ней. Осторожно, вначале выставляя руку вперед, пытаясь понять, нет ли какой преграды, и лишь потом переставляя табуретку. Нет, он не видит, дело не в зрении.

– Сюда, – зовет его.

Он подходит к столу, куда показывает Шельда, где стоит таз с водой. Подставляет табуретку под левое колено – на колено он опереться может. «Показывай».

Шельда берет его за руку, объясняет.

– Вот мыло, – говорит она, – берешь вот здесь, только аккуратно, не разбей. Вот здесь мочалка. Оттираешь. Сначала кружки, потом тарелки, потом кастрюлю. Смываешь. Кастрюлю надо особенно хорошо потереть, чтобы на стенках ничего не осталось. Ставишь сюда. Когда закончишь, скажешь мне, я принесу чистой воды, сполоснуть.

– Хорошо.

Он берет осторожно, сначала ощупывая, изучая… пробуя. Вряд ли хоть раз ему доводилось мыть посуду самому. Он лорд. Но сейчас это неважно. Медленно… Шельда могла бы сделать в пять раз быстрее, но она не торопит, ей интересно наблюдать.

– У тебя неплохо получается, – говорит она.

Он поворачивается к ней.

– Да? Я могу делать это постоянно.

– Зачем? Ты чувствуешь себя обязанным мне?

Он ухмыляется.