Четвертый принц

Я предложил тебе показать замок и окрестности. Ты ведь не местная?

Хене постоянно задают этот вопрос. Потому что она высокая и белобрысая, как женщины севера, совсем не похожая на миниатюрных смуглых южанок.

– Я не знаю своих родителей, – сказала она. – И не знаю, где родилась на самом деле. Но младенцем меня подкинули к дверям постоялого двора недалеко от Тальменара.

– Так у тебя никого нет? Я слышал, ты пошла на войну вслед за братом?

Они все о ней знают.

– Неродным, – сказала Хена.

 – Тео – младший сын хозяина того постоялого двора. Но он всегда был мне как брат, мы выросли вместе. Больше у меня никого нет.

– А у меня, наоборот, как-то очень много родных братьев… – вздохнул Рейнардо. Снова взялся за еду, правда без аппетита, скорее просто потому, что нужно что-то поесть.

– А… – Хена открыла было рот, но не решилась, закусила губу.

– Спрашивай, не бойся, – сказал Рейнардо. – Можешь говорить мне все, что приходит в голову, так даже лучше. У нас выйдет убедительнее, если мы будем больше знать друг о друге.

Хорошо, она постарается. Взяла, отхлебнула немного из кружки.

Говорить «ты» – важно помнить и не сбиваться. «У тебя».

– У тебя сложные отношения с братьями?

– Со всеми по-разному. – Рейнардо пожал плечами. – И всегда по-разному. В королевской семье никогда нельзя быть ни в чем уверенным. У нас с Фернандо всегда были хорошие отношения, он самый старший, у нас разница почти семнадцать лет, он никогда не видел во мне угрозу для себя.

Но сейчас я категорически не нравлюсь его жене, и с самим Фернандо все тоже сложно…

– Ты действительно пытался соблазнить его дочь?

Да, сплетни дошли и до нее. Раз уж ей предлагают спрашивать обо всем, Хена будет спрашивать. Ей интересна даже не правда, ей интересно, как он поведет себя, как будет отвечать. Важна его реакция, это может пригодиться.

Рейнардо только устало вздохнул.

– Если я скажу, что не пытался, ты поверишь мне?

– Не знаю, – пожала плечами Хена.

 – Ведь я не знаю тебя и уж совсем не знаю принцессу Изабель. Даже представить не могу, что там было. Как мне стоит вести себя, если в Кетхаре ты начнешь строить глазки другим девушкам? Бурно ревновать или делать вид, что страдаю молча?

Он улыбнулся.

– Не думаю, что такая девушка, как ты, будет страдать молча.

– Кто знает? – сказала Хена. – Может быть, я решительна только в бою, когда надо снести голову.