Институт неблагородных девиц. Чаша долга

Хелли видела только один способ снять напряжение – необходимо было создать артефакт. Дни, проведенные в библиотеке Вархов, принесли много новых знаний, но вдали от своей комнаты в Таннисе, где хранились инструменты, она ощущала себя растерянной. К тому же Хелли понимала, что первым делом нужно найти Иринэис. Если ее сила чуть не свела с ума, то ведьма однозначно первым делом попробует применить магию, чтобы убедиться в ее возвращении. Помня об артефактах земли и воздуха, которые они привезли с собой, Хелли знала: замку Вархов грозит землетрясение или смерч, а это не лучшая плата за гостеприимство.

Иринэис уже легла и пыталась уснуть, когда почувствовала, как волна магии накрывает ее с головой. Такое уже бывало несколько раз, но все быстро заканчивалось. Сегодня же все было иначе. Сила наполнила тело, заструилась по венам, призывая немедленно воспользоваться ею. Девушка вскочила с кровати, бросилась к своей сумке, достала книгу с заклинаниями, мел и кольцо с изумрудом.

Найдя нужное заклинание, она решительно стащила в сторону ковер, освобождая пространство, и принялась вычерчивать пентаграмму. Она почти закончила, когда дверь в комнату открылась и появилась Хелли.

– Так я и знала, – хмыкнула она. – У самой руки чешутся, но все же притормози, Ир.

– Отстань!

– Успеем, – безапелляционно заявила рыжая, выхватывая у подруги кольцо.

– Но…

– Ириш, я артефактор, – напомнила Хелли. – Могу сделать мощный амулет, но по вызовам у нас ты специализируешься. К тому же вспомни, что Дара рассказывала о хранителях. В твоем состоянии глупо так рисковать.

– А что с ним не так? – съязвила ведьма.

– Если не учитывать, что последние дни ты добровольно посадила себя под домашний арест и обижена на весь мир, то ничего.

– Ладно, – помолчав, признала правоту подруги Иринэис. – Вызов так вызов.

Нарушив линии пентаграммы, чтобы ею нельзя было воспользоваться, причем сделала она это скорее для себя, ведьма достала свой кусок красной ленты и сжала его пальцами. Иринэис понимала, что взбудоражена, а этого нельзя было допускать. Магия не терпит небрежности, а она сама загнала себя в яму, обидевшись на весь мир и позволив апатии взять верх.