Кордон. Книга вторая. Незаконнорожденный

Юноша знал, что, если хорошо не вымыть остатки пищи, то в следующий раз, когда котелок будет заполнен едой, она может оказаться подпорченной. И отец опять начнет браниться, что Химель – лентяй и лежебока, и им приходится есть помои.

– Ты золой его попробуй, – раздался шёпот.

Химель посмотрел в сторону закрытого зеркала, потом – на Тука. Тук так сильно был занят эликсиром, что даже и не услышал Оракула.

– Золой?

– Ну, да! Первое средство в нашем деле, – продолжил учить юношу знакомый голос.

– Что же, попробую. Все равно по-другому никак не получается его отмыть. Знаешь, я только сейчас задался вопросом: а откуда в нем вообще берется еда? Раньше и не задумывался никогда.

Химель взял пригоршню золы, которая валялась у камина, и начал потихоньку чистить ею стенки котелка.

– Действительно, помогает.

– Еще бы! Когда я был таким, как ты, первым делом золу использовал.

– Таким, как я? – Химель перестал тереть рукой по стенке котелка и на цыпочках подошел поближе к зеркалу.

– Ну, не простым, конечно. Но – да. Я был человеком. Это было так давно, что сменилось много поколений людей, и даже этих гор, которые ты видишь вокруг, не было в помине.

– Ого! Ты такой древний! Может, тогда ты знаешь, откуда берётся в котелке еда?

– А тебе отец не рассказывал? – Оракул явно не был доволен этим вопросом.

– Нет, а что?

– Вообще-то это не моя тайна, и я могу только поведать о том, что у всех было на слуху.

Химель кивнул в знак согласия, что этого ему будет достаточно, так как отец был вообще немногословен, и единственный его ответ на все вопросы звучал так: «Когда придет время, узнаешь!».

***

– В лесу за долиной жила одна молодая ведьма. Ну, как ведьма? Не совсем ведьма, если честно, но кое-что она умела такое, что настоящим ведьмам было не под силу – принимала роды и помогала роженицам, если…

– Повитуха? – перебил Оракула Химель.

– Вообще – да, – продолжило отражение в зеркале.

– Прямо-таки чудовище?

– Самое страшное чудовище, которое только можно себе представить! Оно обладало силой, способной разорвать человека на куски! И, к тому же, его нельзя было ничем убить: ни мечом, ни копьём, ни камнем!

– Вот дела, – у Химеля дрогнули ноги, и он, открыв рот, присел возле зеркала на корточки.