Рассвет над бездной

В храме узнавал, небось? – с сарказмом спросила Вивьен, ища взглядом спасение.

– Вот! Именно там и спрашивал! Они сказали, что вероятность того, что у нас будут здоровые дети, шесть из десяти! Это судьба!

Вивьен передернуло от одной мысли о близости с Гарольдом. А уж о том, чтобы стать матерью его детей, она и думать не хотела! Это ужасно.

– Что, правда такие высокие шансы? – с восторгом спросила Вивьен, мысленно улыбаясь.

– Да клянусь богами! Смысл мне тебе врать! – залыбился Гарольд, протягивая потные ладони в сторону Вивьен.

– Ну тогда докажи мне! Принеси бумагу из церкви! Тебе должны были высылать! Я хочу воочию увидеть благословение, мой герой! – Вивьен смущенно посмотрела в пол, с трудом сдерживая ехидную улыбку.

– Да зачем? Давай прямо сейчас и прямо здесь, чего ты ломаешься? – нахмурился мужчина, резким движением прижимая Вивьен к себе.

– Ты что! Если оба в паре подержат свидетельство в руках, то шансы возрастают. Я хочу здоровых детей! – несла чушь Вив, не видя других путей к спасению.

Гарольд задумался, не ослабляя хватки. Вивьен казалось, что она задохнется в его смрадном дыхании. Секунды растянулись в минуты, на лице мужчины отразились муки мыслительного процесса. Наконец, договорившись с самим собой, Гарольд выпустил Вивьен из стальных объятий.

– Я быстро. Только никуда не уходи! – Вив закивала ему в ответ. – Смотри, обманешь – голову откручу!

Гарольд, довольно улыбаясь, поспешил в свою комнату. Как только за ним закрылась дверь, Вивьен сорвалась на бег.

– Лгунья! Сбежать от меня решила! Ну теперь пощады не проси! – зарычал, срываясь на бег.

Сердце Вивьен ушло в пятки, в два больших прыжка она добежала до комнаты, нырнула в нее и закрыла на щеколду. С той стороны послышался звук упавшего на паркет тела. Вив выдохнула с облегчением и на всякий случай пододвинула к двери тумбочку.

Не прошло и двух минут, как предсказание Вивьен сбылось. Мужчина забарабанил кулаками в дверь, отчего та заходила ходуном. Вив испуганно прижалась спиной к шкафу, чувствуя, как сердце уползает в пятки.

– Дверь, родная, дорогая, держись. Если он сюда ворвется, плохо будет всем. И тебя поломают, и мне больно сделают. Держись, – одними губами шептала Вивьен, посматривая на окно.