Белорусский детектив. Сборник

– Татьяна, скажи мелкому, чтобы перестал. У меня от его «Орлёнка» в глазах рябит. Да и ты помолчи, если можно. Спасибо.

Попутчики виновато опустили головы и присели рядом.

– Он Юрец, – тихо сказала Татьяна, – а не мелкий. Ему не нравится, когда ты его так называешь… Сергей посмотрел через глазок на мальчика, и тот, словно подтверждая сказанное Татьяной, утвердительно закивал.

– Юрец, говоришь? – Сергей почесал затылок. – Юрец, ты мне вот что скажи: а другие люди тебя могут видеть? Не через эту штуковину, что есть у меня.

– Говори, говори. Нечего нас разглядывать! – Сергей сделал строгое лицо, и Юрец открыл рот. Татьяна же в это время открыла сумочку и снова начала подкрашивать себе губы.

– Нашла время, – недовольство пробубнил Сергей.

– Я тебе в переводчики не нанималась, – Татьяна спрятала помаду. – И вообще мне пора, у меня дела. Мне к парикмахеру нужно – это раз. Маникюр…

– Ну, ступай, в таком случае, раз к парикмахеру нужно.

До Татьяны внезапно дошло, что она этого больше никогда не сможет сделать: девушка закрыла лицо руками и тихонько заплакала.

– Ладно, прости. Я погорячился. Таня, ну, прости… Пока Сергей выпрашивал у Татьяны прощение, Юрец запрыгнул на свой велосипед и сломя голову выскочил на дорогу. В это время по пешеходному переходу шли несколько человек, а навстречу им несся какой-то идиот, совершенно не сбавляя скорости.

В какой-то момент Сергею показалось, что сейчас случится непоправимое, как перед самым носом автомобиля из ниоткуда вдруг появился велосипедист и бросился ему наперерез. Водитель резко нажал на педаль тормоза, и машина встала поперёк дороги, едва не завалившись набок. А велосипедист исчез так же внезапно, как и появился.

За несколько минут на дороге образовалась огромная пробка, и остальные водители начали недовольно сигналить.

– Так, с одним вопросом я, кажется, уже разобрался, – Сергей снова сел на траву, а рядом с ним вновь появился мальчик, который положил велосипед и, как ни в чем не бывало, начал что-то говорить Татьяне.

– Юрец сказал, что он стал таким только после того, как ты на него посмотрел через свою трубку, – всё ещё всхлипывая, произнесла Татьяна.