Волк в моей душе

– Вся жизнь словно осталась там, в парке, – прошептала, вновь чувствуя острую боль во всем теле, – а сейчас чистый лист. Даже воспоминания покрылись легкой дымкой.

– Знаю, – произнес оборотень, – но я тебя никогда не оставлю. Пусть весь мир сгорит в огне.

– Ник… – перебирала пальцами покрывало, – что это было? Я обратилась, да? Слабо помню. Лишь ужас и страх. Но они словно мне не принадлежали. Что со мной?

Я никогда не думала, каково это – быть обращенной. Да что уж говорить: оборотнями вовсе не интересовалась.

Перемены внутри меня дико пугали, но не хотелось показывать Нику этих чувств. Ему и так тяжело.

– Ты умерла, Кейт, – он сел на постель, сжимая мою руку своей большой ладонью, – и теперь все изменилось. Тебе просто нужно время. Я помогу.

– Ник… – вновь позвала я, но внезапно до моего носа донесся потрясающий тонкий аромат.

Я задышала, стараясь вдохнуть глубже, а малышка внутри внезапно встрепенулась. Почувствовала, как все тело начинает пылать, а разум… Я будто теряла его, тщетно пытаясь ухватить за хвост.

Но сознание устремилось туда, за дверь, к источнику этого восхитительного запаха.

Сама не заметила, как вскочила с постели, сердце неистово колотилось, а желудок выл не своим голосом.

Еда!

Но в сознание ворвался самый настоящий вихрь. Мощный, сильный. Он сковал голод стальными цепями. Я чувствовала безумное слюноотделение, но не могла сделать и шага. Будто Ник контролировал моё тело.

– Почуяла? – жестко спросил он, подходя и вновь усаживая меня на постель.

Снаружи послышался топот крошечных ножек.

Дети? Этот потрясающий аромат принадлежит детишкам? О, нет! Я застонала, понимая, что зверь внутри начинает вырываться наружу. Внутренний волк хочет съесть детей? Какой ужас!

– Сладкая, – Ник присел напротив, – голод новорожденного волка не поддается контролю. Но я помогу тебе. Прошу, слушай мой голос и дыши.

Я сделала, как сказал мой волк. Прикрыла глаза, буквально заталкивая голодного зверя в самую глубину души. Но малышка была недовольна, она злилась и рычала.

Ник встал, быстро подошел к холодильнику, затем вернулся с тарелкой.

На ней лежал свежий говяжий стейк. Достаточно ароматный, чтобы я смогла переключиться на него. Однако безумное желание выйти и хотя бы понюхать ребенка все равно не покидало. Ник помогал мне. Я не знала как, но он мог воздействовать, успокаивая внутреннего волка.

– Давай, малышка, покушай, – он вручил мне тарелку.

Сморщилась, даже не глядя на мясо. Человек во мне сопротивлялся.