Запретная для Альфы

Затем снова углубился в работу. Я же направилась в противоположную сторону. Лео шел рядом. Что это сейчас было? Периодически бросала на волка короткие взгляды, но он напряженно смотрел вперед. Мы проходили мимо величественных клумб, изящных каменных композиций, деревьев и кустарников.

– Английский сад – это настоящее произведение искусства, – решила разбавить гнетущую тишину, пока мы сворачивали на петляющую дорожку, выложенную белым камнем, – здесь все располагает к раздумьям, созерцанию природы, расслаблению и долгим прогулкам.

С каждым словом я невольно вдыхала все те эмоции, которые витали вокруг. Утренний сад вселял надежду, давал ощущение свежести и полноты. Вечером оранжевый закат менял его, делая угасающим, способствующим отдыху после тяжелого дня. Лео явно не разделял мое восхищение окружающей природой. Что же, если он должен сопровождать меня всюду вне особняка, то ему придется учиться воспринимать искусство.

– Садовник хочет тебя трахнуть, – вдруг прорычал оборотень, – у него стояк от одного твоего вида, милая.

От неожиданности я резко оступилась и полетела носом вниз. Внутри все перевернулось от ужаса, когда поняла, что не удерживаю равновесие и вот-вот рухну на камень. Но цепкая рука Лео обвила мою талию, не позволяя упасть. Оборотень прижал меня к себе. Уткнулась в его рубашку и ощутила разряд, прошедший от кончиков пальцев на руках до самых пяток.

– Отпусти, – прошептала едва слышно, – сейчас же отпусти меня!

– Это ты на каком языке «спасибо» говоришь? – он выпустил меня из объятий и скрестил руки на груди.

– Я не просила меня трогать! – выпалила, понимая, что снова теряю душевное равновесие, – удержалась бы сама.

– Да ну? – Лео приподнял бровь, – а мне показалось иначе.

Фыркнув от негодования, я бодрым шагом направилась к выходу. Этому мужлану нет никакого дела до красоты английского сада. Животное.

– К твоему сведению, Отто знает меня с детства. То, о чем ты говоришь – полный абсурд! И клевета, – я старалась сделать свой голос ледяным, но он предательски дрожал.

– Значит, он еще и педофил? – буднично спросил оборотень, сунув руки в карманы брюк.