Запретная для Альфы

Но я пока не уверен. Сначала нужно убедиться, что именно она – моя истинная. Если это так, то ситуация еще хуже. Милашка выходит замуж за этого маньяка Мосса. Плюс ко всему я презираю и ее, и эту чертову семейку. Как следует охладившись и приведя себя в порядок, обернулся полотенцем и прямо так пошел обратно. Встреченные мужчины окидывали меня презрительными взглядами, а женщины мгновенно начинали течь. Фу.

Низшие существа. Я фыркнул, заходя в помещение. Там стоял вчерашний “шар”, Грета, ее мать и какой-то мужик в костюме.

– Лео, – сдержанно произнесла Марджери, – ты в таком виде разгуливаешь по служебному крылу? С ума сошел?

Грета же пожирала меня взглядом. Черт, мне нужно где-то спустить накатившее в душе напряжение. Ее ротик вполне подо… но резкий приступ отвращения вынудил отбросить эту идею.

– Так, к делу, – сухо поговорила миссис Стивенс, – Лео, с Шоном ты ведь уже знаком?

Бугай попытался сурово взглянуть на меня, но я отразил эту попытку, вынудив лысого опустить глаза.

– Еще как знаком, – произнес шутливо, – особенно с его кулаками.

– Хорошо. Это Бруно – наш управляющий. Он заведует мужской половиной крыла. Курирует работу дворецких, садовников, водителей и остальных.

– Доброе утро, – худощавый мужичок с тонкими усишками слегка кивнул.

На первый взгляд он показался нормальным. Я выжидающе взглянул на экономку.

– Мы пока не знаем, под чью ответственность тебя отдадут, Лео. Но рекомендую вести себя прилично. И слушай тех, кто давно работает.

Так ты сможешь влиться в коллектив и жить здесь нормально.

Она сейчас глумится? Эта женщина мне определенно не нравится. Облизнул взглядом ее дочь и этот жест не укрылся от Марджери Стивенс. Она схватила Грету за руку так сильно, что та поморщилась.

– А теперь оденься, как подобает слуге леди Аниссы. Лорд Уайтберд желает видеть тебя как можно скорее.

Не вопрос, дамы! Я сбросил полотенце и направился к шкафу, на котором висел костюм. Спиной чувствовал возмущенный взгляд экономки.

Поделом, миссис Стивенс. Развернулся, демонстрируя присутствующим женщинам всю свою мужскую красоту. Мистер Бруно отвел глаза, а Шон так сильно покраснел, что стал напоминать надувшийся воздушный шар. Грета не могла оторвать взгляд от моего паха, а ее мать, недолго думая, потащила дочь к выходу. Впервые я увидел эмоции на ее лице.

– Не смей так делать! – выпалила женщина, скрываясь за дверью, – здесь же дамы! Стыдобища.