В руках бесчувственного

И тут мне навстречу вальяжно выплывает одуван. Вот это поворот! Злобно пыхчу и гляжу на него, а старикашка, как ни в чем ни бывало, проходит мимо, не удостаивая меня даже взглядом.

Преодолеваю расстояние до трапезной и влетаю на кухню. За высоким столом сидит хозяин дома. На нем – обычные синие джинсы и белая рубашка с коротким рукавом. Он совершенно расслаблен, в руках бизнесмена покоится внушительных размеров планшетный компьютер. Вокруг хлопочет Катя, мерзким высоким голоском вереща какую-то околесицу и всячески стараясь привлечь внимание мужчины.

– Доброе утро Юля. Как спалось?

Тяжело дышу, не в силах вымолвить ни слова от накатившего возмущения. Как спалось? Да я из-за тебя, чертов говнюк, полночи глаз не могла сомкнуть! А еще упала и ударилась локтем, подвернула ногу! Но обсуждать это при Кате не хочется. Так что красочные эпитеты оставляю при себе.

– Отвратительно.

– Тебя здороваться не учили, девочка? – тон мужчины становится ниже и жестче, – присаживайся и все обсудим.

– Доброе утро! – гаркаю, не двигаясь с места, – где моя сумка с одеждой?

– В мусорном ведре, – невозмутимо отрезает этот сухарь, – тебе сегодня привезут новые. А также телефон и аксессуары. Если нужно что-то еще, дай знать Инне.

– Думаете, меня можно купить дорогими шмотками? – не выдерживаю и подлетаю к нему, сжимая руки в кулаки.

– Нет. Просто хламу, который ты называешь одеждой, не место в моем доме и гардеробе моей женщины, – он делает глоток из крошечной кофейной кружки, поднимая на меня свои серые глаза.

Низ живота начинает предательски ныть, а по коже несутся вскачь искорки тока. От его взгляда дыхание сбивается, и я машинально делаю шаг назад. Тело реагирует не так, как должно. Волков, судя по всему, совершенно равнодушен. Затылком чувствую огонь, которым меня испепеляет служанка Катя.

– Эти вещи мои… вы не имеете права… – голос дрожит, выдавая сильное волнение.

– Ошибаешься. Пока живешь в этом доме, я решаю, во что ты одеваешься, с кем общаешься и где проводишь время. Кстати тебе очень идет этот комплект, – Волков бесстыдно оценивает меня, словно перед ним не человек, а бездушный манекен в дорогой одежде.

– Отдайте мою сумку… – шепчу, не в силах сдержать слезы.

От безысходности хочется все здесь разнести.